Главная Обратная связь

Дисциплины:






И вновь к пирамидам



Итак, машина времени в теории может существовать. А на практике? Этот вопрос занимал меня больше всего. Существуют ли в современном мире действующие экземпляры этого устройства? И если да, то где они находятся? Впрочем, на второй вопрос было ответить куда проще, чем на первый. Потому что действующая машина времени может находиться только в одних руках. У атлантов. Других вариантов нет.

А вот есть ли она у них? Это другой вопрос. Но как я только что сказал, в последние годы ситуация начала резко напоминать историю с атомной бомбой. Все разговоры на эту тему почему-то разом стихли. Построили действующий образец? Непохоже. В любом случае у меня имелась возможность это проверить.

Я написал письма нескольким ученым, которые, по моим данным, в свое время принимали участие в программе по исследованию свойств времени. Из их ответов сложилась весьма любопытная картина: оказывается, всех их переманили на другие, гораздо лучше оплачиваемые, но никак не связанные с путешествиями во времени проекты! Интересно, кто это сделал? Или мне подбросили дезинформацию? В общем, похоже, меня ждало новое путешествие в Египет.

Почему именно туда? Все очень просто. Дело в том, что основная научно-исследовательская база атлантов, насколько мне известно, находится в пустыне неподалеку от их древнего храма — Великих пирамид. С загадкой этих титанических сооружений я столкнулся несколько лет назад, это и стало моим первым знакомством с атлантами, жрецами Амона и масонами. Пирамиды, одиноко торчащие среди пустыни, хранят в себе множество загадок. К примеру, ученые произвели тщательное измерение геометрических пропорций пирамиды и обнаружили, что они весьма совершенны и что при строительстве их задействованы с предельной точностью некоторые основные формулы Вселенной. Комплекс пирамид — это целый свод зашифрованной информации о нашем мире, о человеке, о самой Солнечной системе. Так, например, пирамида Хеопса на развернутой карте оказывается на той линии, которая делит земную сушу на две равные половины и, таким образом, может служить точкой для определения центрального меридиана всей нашей планеты. Внутренние помещения пирамиды исключительно точно ориентированы по сторонам света. Соотношение масс пирамид воспроизводит соотношение масс Венеры, Марса и Земли, причем с весьма высокой степенью точности. В пропорциях пирамиды Хеопса заложено знаменитое число «пи», которое, как считалось раньше, было открыто греками лишь на рубеже нашей эры. Кроме того, углы наклона граней пирамиды и внутренних помещений весьма точно соответствуют направлениям на ключевые точки небесной сферы… Этот список можно продолжать бесконечно.



После долгого и тщательного расследования мне удалось прийти к выводу: пирамиды — это не громадные могилы фараонов, а гигантский секретный храмовый комплекс, главная база истинных правителей Древнего Египта — потомков атлантов, жрецов Амона! Они представляли собой одновременно хранилище сокровищ и главный научный центр жрецов. Внутренности пирамид пытались исследовать много раз, и все время безуспешно. Дело в том, что 80 % электронных приборов, побывавших вблизи пирамид, вышли из строя; в особенности это касается сложных систем с точными настройками. Известно только, что значительную часть пирамид занимают пустоты, не исследованные пока никем. Кроме того, ходили смутные слухи о существовании огромного подземного комплекса в районе Великих пирамид. В этом самом комплексе я и побывал совсем недавно в надежде раскрыть тайну вечной жизни. Что ж, успехом мою миссию назвать нельзя, но и провалом тоже — меня попросту поймали и отправили в самое сердце Африки, в дикое племя, которое, как считается, владеет секретом бессмертия. Теперь я собирался повторить свою экспедицию.

Честно говоря, мои коллеги по агентству «СофиТ» сочли этот план полным безумием. Жерар предположил, что во время взрыва в офисе я все-таки получил сильное сотрясение мозга, от которого не оправился до сих пор. Софи заявила, что я, видимо, готов отправиться на тот свет, лишь бы не быть шафером на их с Жераром свадьбе. Мадам Федак тактично предположила, что у меня выработалась наркотическая зависимость от чувства опасности, которого мне, очевидно, в последнее время так не хватает. Наверное, она была к истине ближе всех.

Разумеется, я понимал, что идти на исследование пирамид с пустыми руками — чистой воды безумие. Но были у меня и определенные надежды. Атланты ведь уже пару раз помогли мне, так? Особенно когда я проявлял настойчивость. Почему бы им не помочь мне и на этот раз? Решительно не вижу никаких причин. Телефона их штаб-квартиры у меня, понятное дело, не имелось. Значит, требовалась личная явка. Без вариантов.

Я пошел на уступки и разрешил своим соратникам лететь вместе со мной. Чтобы прикрывать меня со стороны, ага. Специально для этой цели нам удалось купить военный передатчик — легкий, удобный и работающий в довольно необычном диапазоне, так что банальные средства глушения оказывались против него бессильны. В соответствии с разработанным мною планом я должен был выдвинуться непосредственно в район храмового комплекса, Жерар — прикрывать меня с почтительного, но небольшого расстояния, а Софи и мадам Федак — оставаться на связи в штабе, в гостиничном номере.

Честно говоря, мне было очень совестно видеть, как все переживают за меня. Ведь не на тот свет я отправляюсь, в самом деле! Впрочем, я и сам считал, что подвергаюсь опасности больше других. Но все, как всегда, оказалось совсем иначе…

 

Опасный рейд

В первую очередь мне, наверное, надо извиниться перед читателем. Потому что в прошлой своей книге, описывая свою вылазку к пирамидам, я умолчал об одном важном обстоятельстве. Вернусь еще разок к тем событиям.

План заключался в том, чтобы под покровом ночи подобраться к подземному комплексу. Сделать это не так-то просто, потому что в ночное время территория вокруг пирамид тщательно охраняется государством. Официально это мотивируется тем, что пирамиды — ценный культурный памятник. Но подумайте сами — кому придет в голову умыкнуть пирамиду? А даже если и придет — как ее утащить? В кармане, что ли? Поэтому я подозреваю, что охрана организована по другим причинам. В прошлый раз я проник на территорию комплекса днем, спрятался в каких-то торчавших из песка руинах, дождался ночи и выследил человека, который шел в сторону пустыни. Украдкой последовав за ним, я через потайной ход спустился в тот самый подземный лабиринт. Вход находился в пустыне и был хорошо замаскирован, найти его, не зная расположение с точностью до метра, было практически невозможно.

В общем, я тоже не дурак, поэтому в прошлый свой рейд прихватил радиомаячок. Перед тем как спуститься под землю, я включил его и бросил в песок. Маячок передал всего лишь несколько сигналов, но это было достаточно для того, чтобы данные поступили на спутник, а оттуда — на мой домашний комп, где теперь имелись точные координаты цели.

Теперь план поменялся. Мне уже не нужно было дожидаться кого-то, кто проникнет в комплекс передо мной. Я мог действовать дерзко и нагло, прямо среди бела дня. В общем-то, эта внезапность и должна была обеспечить мне преимущество. К тому же я неплохо экипировался, и это существенно повышало мои шансы. Разумеется, Джеймсом Бондом я себя не воображал, но при определенном везении мог рассчитывать на неплохой результат. А удача, как ни крути, до сих пор была на моей стороне. Неужели мне удалось настолько очаровать капризную Фортуну? Черт возьми, это льстит моему мужскому самолюбию!

Итак, одиннадцать часов утра. В песках у Великих пирамид начиналось самое жаркое время дня и в прямом, и в переносном смысле. Солнце палило нещадно, а к древним каменюкам один за другим подкатывали автобусы с туристами. Сфинкс взирал на них с понятным недоумением: каким надо быть придурком, чтобы переться сюда в самое пекло, да еще и лезть в душное нутро пирамиды Хеопса, где люди то и дело теряют сознание от банальной нехватки кислорода? Подмигнув каменному зверьку с человеческим лицом, я двинулся в обход каменных колоссов.

А теперь легенда: я — аргентинский фотограф (паспорт — подарок Кранца и Клеменца — снова в строю), который хочет заснять пирамиды и окружающую пустыню. Естественно, в упор такие громады не заснимешь, так что приходится шататься по пескам. Это на случай, если кто-нибудь спросит, почему я углубляюсь в пустыню, вместо того чтобы ходить вокруг и восторгаться. Разумеется, у меня в руках была дорогая профессиональная фотокамера на штативе. Фотоаппарат у меня в руках был самым настоящим, а вот штатив… в штативе было спрятано немало полезных вещей, которые могли пригодиться мне в подземелье. В ухе у меня торчало переговорное устройство от рации, которое сильно напоминало гарнитуру мобильного телефона и потому никаких подозрений вызвать не могло.

Жерар должен был держаться чуть подальше, в районе пирамид, и смешаться с толпой туристов. Его задача — держать меня в поле зрения, пока я не спущусь в подземелье. У него же находилась сумка с электронным оборудованием, при помощи которого он мог отслеживать мои перемещения под землей. Приходить мне на помощь в случае чего я ему запретил — по крайней мере, без моего прямого приказа.

В гостинице «Аменхотеп», расположенной у пирамид, был развернут наш штаб. Здесь стояла довольно мощная станция, которая могла принимать картинки, переданные мной из-под земли. Да-да, фотокамера нужна была мне не только для отвода глаз, я собирался пользоваться ею, причем весьма активно! В конечном итоге, если пропаду я — то не пропадет мой скорбный труд, и весь мир сможет убедиться, что в районе пирамид все не так просто, как кажется на первый взгляд! То-то придется поплясать потомкам атлантов! Подумав об этом, я испытал злобную радость.

Впрочем, мои друзья никакой радости — злобной в том числе — не испытывали. Утром они еще раз попробовали хором отговорить меня от бредовой затеи. Но я был тверд, как пирамида Хеопса. В итоге в одиннадцать утра я уже быстрым шагом двигался от пирамид к тому месту, где несколько месяцев назад попал в подземный комплекс.

Самое удивительное заключалось в том, что мне совершенно никто не мешал. Даже полицейский, стоявший в некотором отдалении, всего лишь лениво посмотрел в мою сторону и отвернулся. Привык к странностям фотографов? Или ему просто все по фигу? Увязая в песке, я двигался к заветному месту… пока мой наладонник не издал пронзительный писк. Я на месте. Именно здесь я сбросил маячок.

Я поставил треногу штатива, направив фотоаппарат в сторону пирамид. Сделал вид, что настраиваю технику. Потом с озабоченным видом обошел вокруг, изображая поиск нужного ракурса. На самом деле я искал хоть какие-то признаки подземного хода. Но их не было.

Я огляделся вокруг. Кажется, в мою сторону никто не смотрит. Аккуратно, без лишнего шума, я извлек из штанины маленькую саперную лопатку и начал раскапывать песок. Нулевой эффект. Прошло пять, десять, пятнадцать минут. Время от времени я передвигал штатив, делая вид, что снимаю. Черт, но мои упражнения не могут оставаться незамеченными бесконечно! Надо поторапливаться. Я уже выкопал в песке несколько приличных ямок, а входа под землю все еще не было видно.

«А что, если после моей прошлой вылазки вход перенесли?» — вдруг осенило меня. Все тщательно проверили, нашли маячок, замуровали ход, насыпали побольше песка… Как я мог не подумать об этом раньше? Видимо, Жерар все-таки прав — сотрясение мозга. Или скорее я просто зазнался. Решил, что умнее меня никого нет. И в итоге получил хороший щелчок по носу — а главное, вполне заслуженный! Ругая себя на чем свет стоит, я запихнул лопатку обратно и подошел к штативу. Все, операцию на сегодня можно сворачивать.

И в этот момент началось…

 





sdamzavas.net - 2020 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...