Главная Обратная связь

Дисциплины:






Солнце встает над селом Дзауга 1 страница



Вадим Битаров

 


Некогда на месте современного Владикавказа Дзауг Бугулов основал небольшое поселение. С тех пор город вырос, получил статус столицы и был трижды переименован. Однако сами жители и по сей день называют Владикавказ как и в древности - Дзауджикау, в переводе с осетинского - “село Дзауга”.



Владикавказ, 1997 г.

ЧАСТЬ 1.

1.

- Сегодня у меня народ собирается,- сказала, улыбаясь, Кристина и понюхала цветок из шикарного подаренного ей букета, - ведь ты же помнишь, по какому поводу, да, Марик?
Он смутился и бросил умоляющий взгляд на остальных. Те захихикали и стали предательски перемигиваться.
- У нее день рождения, идиот! – не выдержала Ира, тут же оглушив всех своим громовым смехом.
- Да ну нафиг! – он стукнул себя ладонью по лбу – Не в обиду, Кристя, мои мозги совсем перестали соображать. Поздравляю тебя, о, лучезарная! Восходящая звезда финансов и кредитов! Осиротившая Голливуд своим отсутствием. Ты знаешь, чего я тебе желаю, красавица. Пусть все ничтяки мира упадут к твоим ногам.
Он потянулся через столик, чтобы расцеловать ее, но она тут же выставила перед собой ладошку.
- Нет, нет! Все поздравления потом. У меня дома. Надеюсь тебя видеть сегодня в восемь.
- Что, намечается крупное мероприятие, да?
- О ! Еще какое! Слушай, -она принялась вдумчиво загибать пальцы,- Будут все экономисты с моей группы, несколько человек с параллельного курса, еще с третьего курса юрфака во главе с Сосом, девчонки с физмата, ну и еще толпа непредвиденных гостей. Родители всю ночь у родственников.
Кристина замолчала, довольно оглядела свою наманикюренную пятерню, затем сунула в рот крекер, и он аппетитно зашуршал у нее на зубах. Во всех ее движениях сквозила чопорная грациозная небрежность, что часто бывает у девушек, избалованных деньгами, поклонниками и собственной красотой.


В университетском кафетерии народа в это время было немного. Компания прогульщиков распивала кофе с мороженым, ожидая окончания занятий. За соседними столиками тосковали местные роковые девы, похожие на порочных монахинь: в черном с головы до пят, с блестящими каре, бледными щеками и зловещим макияжем. Едва тлели ленивые, тягучие и бесполезные как жвачка беседы. Усеянные кольцами руки царственно держали пирожки, на жующих лицах – смертельная скука и вечное, всеобъемлющее презрение. В этой безнадежно-черной массе виднелись яркие вкрапления – универовские мачо в вечерних спортивных костюмах, надменные и смертоносные. Они повидали все, соблазнили всех, разочаровались в жизни и в последних моделях сотовых телефонов. Праздная, томящаяся провинциальная молодежь.



Сос глянул на часы.
- Пара кончается. Они вот-вот подойдут.
Марик ехидно подмигнул девчонкам.
- Смотрите-ка, Чебурек все никак не дождется свою принцессу.
- Ты про кого? Про Ингу что ли?
- Естественно. Что, запал на мою подругу, признайся?
Сос пожал плечами.
- Не знаю. Просто хорошая девчонка.
- Ну да, Чебурек, рассказывай,- Марик засмеялся, глядя как зарделись его обезображенные борьбой уши.


Прозвенел звонок, в здании стало шумно и оживленно. Дверь распахнулась, и началось дефиле. Разукрашенные мальчики и девочки посыпались как вырезки из журнала. Они шли и шли, качая разнокалиберными бедрами, стискивая зубы, кренясь на непосильных шпильках, хищно рыская глазами… Девчонки клевали подружек в щечки. Пацаны, здороваясь, угрюмо тыкались друг в друга, как бараны на выгоне. Вокруг запорхали клочки светских разговоров: «Топик от «Prada»… «Эти черти с турханы…» «Классная тачка…» Таков был СОГУ – законодатель мод и инкубатор первых красавиц. Манящий, как глянцевая обложка своим блеском и бессодержательностью.
В один момент дверь грохотнула от удара ноги, и в зал ввалилось устрашающих размеров существо, до боли напоминающее огромную черномазую гориллу. Это был Гиб с юрфака, одинаково славившийся своими редкостными мускулами и олигофренией. Сразу за ним ленивой, чуть-развинченной, как модно в Универе походкой, шел ОН.
Множество пар женских глаз с растревоженной нежностью устремились к нему. Руки рефлекторно потянулись к пудреницам.
- Габарай…- пронесся по залу сладкий вздох.
- Боже мой, какой же все-таки красавец! Ну, просто сил никаких нет!- Вика подперла кулачком подбородок.
- Мамочки, а как он одет…
- М-да-а-а…- мечтательно протянула Ира – парень хоть куда.
Красавец повернул в их сторону мужественно-прекрасное, загорелое, как в передовых сериалах лицо и издали рассеяно пробежал по ним своим туманным, пронизывающим насквозь взглядом. Была в его голубовато-стальных глазах та самая волнующая романтичная грусть, которая заставляла юные сердца трепетать и таять как мягкое мороженое.
Глаза его остановились на мгновение, встретившись с глазами Кристины. Секунда, вторая… Серый прищур из под красного капюшона коллекционной мастерки… Он отвернулся, по-детски смутившись, и что самое удивительное, Кристина, эта самоуверенная красавица, стыдливо потупилась.
Сос и Марик расползлись в плотоядных улыбищах.
-Что, Кристя, вижу и ты уже попалась в паучиные сети?
- Господи, ребят, да о чем вы, - вяло промямлила она и покрылась пунцовыми пятнами.
Все дружно загоготали.
- Ведь он все- таки чертовски хорош, а, Крис?- заныла Вика.
- Ну…да. Но ведь за ним пол- универа умирает, если ни пол- города.
- Господи!- Ира схватила ее за руки в неожиданном порыве - Да ты видела, как он на тебя смотрит? Он же без ума от тебя.
Кристинино лицо радостно расплылось.
- Ой, Ириш, ничего подобного.
- Сос!- Ира решительно повернулась к нему. – Габарай же учится с тобой на курсе. Познакомь их, наконец! Они ведь созданы друг для друга!
- Да ладно вам!- отмахнулась Кристина,- Ну симпатичный пацан, ну и что теперь? Да там, небось, звездная болезнь последней стадии.
- О чем ты говоришь?!!! – тут же гневно взвилась Ира, - Я знаю его прекрасно и его семью тоже. Они раньше жили по соседству. Боже, что это за человек! Что за душа! Я никогда не встречала такой доброты, такой обходительности, такого чувства юмора. А как он относится к девушкам! Как к божествам. И это при том, что у него отец какой- то супер- крутой, да и сам он при движениях, его это все никак не испортило. Не стал какой-нибудь сволочью, босяком или наркотом типа Жорика с бухучета. Наоборот, он спортсмен, какой- то там чемпион по кик -боксингу… Сос, разве не так?
- Да, это да…- он с готовностью закивал,- Габарая все уважают. Лично я за него голову на отсечение дам. На самом деле, пацан что надо. Красавчик!
- Сосик, ну ты прямо как будто меня уже благословляешь,- Кристина жеманно рассмеялась и покачала головой.
- Давай так… Если получится, я приду сегодня с ним. Вот и познакомитесь. Не возражаешь?
- Нет конечно. Наоборот… Я всем рада.
Она коротко вздохнула и еще раз исподлобья воровито глянула в сторону Габарая.

Кафетерий все сильнее наводнялся людьми.
- А вот и наши Лобачевские!- Сос указал на дверь. Инга - высокая, худая, в тертых джинсах и с очками на носу, шла по проходу, уткнувшись в книжку. Рядом с ней семенила Марина - миниатюрная смазливая куколка с копной огненно- рыжих волос.
Девчонки подошли к их столику и принялись осыпать именинницу поздравлениями.
- Сегодня в восемь!!!- пропела разомлевшая Кристина, перебив их - и никакие отмазки не принимаются. Приводите с собой вашу соседку по комнате. Яна, или как там ее?
- В восемь?- насупилась Инга,- Я не смогу, Крис. У меня сегодня тренировки.
- Не хочу ничего слышать!- она прижала ладони к ушам. Твое тхэ-кван-до у тебя каждый день, а мне семнадцать лет только раз в жизни. Марина, скажи ей! Мы же без нее помрем со скуки.
- Кристина, у меня соревнования через две недели. Я приду, но только после одиннадцати.
- Гадкая девчонка,- Кристина надула губки,- Ну так уж и быть. Но если ты не появишься, считай меня своим врагом по жизни!
- Ладно, ладно.- Инга рассмеялась.
-Может тебя встретить?- спросил Сос, понизив голос.
- Да нет. Не беспокойся. Мы с Мариной вместе приедем.
Он осторожно взял ее руку под столом.
- Ты точно будешь?
- Да, точно,- она улыбнулась.

2.

- …Ты что, с ума сошла?- Марина вытаращила на подругу свои круглые, как у кошки, зеленые глаза, - Ты хочешь сказать, что ты пойдешь в таком виде?!!! Ты пойдешь на день рождения Дзлиевой Кристины в костюме владикавказского бомжа?! Там же соберется вся элита!
- Ну и что с того?- Инга утомленно наблюдала, как Марина уже битый час носилась по общаге, одалживая у всех шмотки и украшения.
- А то! Что мы должны быть на высоте.
- То есть мы должны закосить под них?
- Успокойся,- Марина вдохновенно наносила последние штрихи перед зеркалом - Может даже Габарай будет…
- О, Господи!- Инга закатила глаза,- Этот сельский секс- символ? И ты туда же.
- Да ладно тебе… Он классный.
- Ну да. Вылитый порно - герой.
- Хватит язвить. Лучше примерь вот это.
Марина бросила ей маленькое трикотажное платьице молочно- белого цвета.
- Ого! Это что, платье или купальник?- Инга расправила его у себя на коленях и покатилась со смеху, откинувшись на спинку дивана.
- Надень, глупая!
- Мариш, ты спятила. Я же никогда такое не носила.
- Ну и зря. При твоей- то фигуре! Да тебе бы по подиумам дефилировать, а ты пакуешь себя в свитера, да джинсы. Надевай немедленно.
Инга нехотя разделась, натянула на себя провокационно- короткое платье и неуклюже похромала к зеркалу. Платье облегало, как целлофан сосиску. Смуглая оливковая кожа матово сияла в глубоких вырезах.
- Я похожа на путану.
- Ты похожа на богиню!
Марина подлетела к ней сзади и рывком сняла с нее заколку. Иссиня- черные гладкие волосы туго рассыпались по плечам. Она усадила ее в кресло и принялась колдовать над ней с кучей карандашей, румян и теней.
- Тебе придется снять очки, дорогая.
- С ума сошла?!! У меня минус шесть. Я же ничерта не вижу.
- Не волнуйся, я буду твоим поводырем и не отойду ни на шаг, - она сдернула с нее очки, - Заказала бы лучше себе линзы. А лучше какие-нибудь цветные…
- Ты прекрасно знаешь, что мне это пока не по карману.

Марина приволокла откуда- то свои белые туфли на каблуках и кое- как втиснула в них Ингины ноги.
- О, Боже! Даже фашисты так не делали! Без очков, да еще и в этих кандалах я теперь точно сломаю себе шею.
- Молчать!!! Зато теперь тебе стоит поспорить с Кристиной, кто на самом деле первая красавица Универа.
- И за что мне все это?- Инга, кряхтя, поднялась, и они обе встали у зеркала. Разные, как день и ночь. Одна - высокая, смуглая, с темно- карими глазами; вторая - с ослепительно- белой кожей, зеленоглазая и дерзко- рыжая.
Марина подумала и отошла.
- Знаешь что? Лучше буду-ка я держаться от тебя подальше. А то так недолго и старой девой остаться.
Инга со смехом растрепала ей челку.
- А кто-то тут клялся быть моим поводырем и не отходить ни на шаг… Ты, случайно, не знаешь, кто эта наглая рыжая мордочка?

3.

Темно- синий «Мерседес»- фургон с визгом затормозил возле небольшого магазина, иллюминируя всеми фарами, подал условный сигнал. Прошло около пяти минут. Наконец из магазина появился высокий парень в замшевой куртке с ящиком шведской водки и заковылял к машине. Атар открыл дверцу и выглянул.
- Ты что-то долго, Тимур. Мы уже нервничаем.
Тимур закинул ящик на заднее сидение и прыгнул в машину.
- Нормально, Варвар! Это нам на запивон. А это,- он раскрыл платиновый портсигар - аперитив. Мэйд ин Афганистан, мать вашу.
- Ого!- Атар присвистнул, - Да мы же убьемся с этого.
- Да, мой нежный поросеночек. Убьемся и окажемся на небесах.
- А ты, по ходу, уже давно там. Рожу свою видел? Где ты так нанюхался, мудель?
Тимур загнулся вперед и залился нездоровым и жутко- заразительным хохотом.
Вадик повернул ключи в зажигании.
- Ну что, поехали?
- О, да!- Тимур в конце концов отдышался, расправил плечи и обвел долгим гордым взглядом всех своих четверых друзей. Лицо его зажглось знакомым всем азартным и колючим огнем.
- Вперед, скоты!!! Город принадлежит нам!
Пятеро голосов завизжали, завопили и заулюлюкали. «Мерседес» рванул с места на рекордной скорости. Алан, сидящий впереди рядом с водителем, поднял громкость магнитолы до максимальной, и на головы всем обрушились вибрации глубоких, сочных басов. Машина мгновенно наполнилась запахом жженой травы.

Осенние пары мягким туманным сумраком окутали город, скрывая мутный месяц в далеком небе. Все выглядело каким- то призрачным, тупым, нереальным, словно Владикавказ упаковали в толстый слой изоляционной ваты. Улицы были пустынны. Люди на ночь забились в свои норки, чтобы хорошенько отдохнуть перед новым рабочим днем. Некоторые окна слабо мерцали от работающих телевизоров. Кто-то по привычке машинально пялился в ящик, слушал полюбившиеся истории про войны, убийства, взрывы, и попивал чаек, разглядывая первоклассно снятые трупы.
«Мерседес» несся по улицам, разрывая плеву тишины и шныряя в темноте фарами. Атар вышвырнул пустую бутылку, с наслаждением вслушиваясь в дребезг стекол на чьем - то окне.
- Давай, Хачик! Гони на нашу сауну.
Не выпуская косяк изо рта, Вадик резко повернул руль, и машина с визгом вошла в крутой поворот. Вдалеке, вдоль трассы горели огоньки ночных комков. Вдруг в свете фар впереди возникла маленькая щуплая детская фигурка. Девчонка шла по дороге спиной к машине.
- Ого! - удивленно пробормотал Алан, - Это что еще за чучело?
- Газуй, Хачик! Укатай этого глиста в асфальт.
«Мерседес» резко дернул вперед. Девчонка вскрикнула и еле успела отскочить в сторону. Все покатились с хохоту. Тимур тут же распахнул дверь, схватил ее как котенка за шкирку и на ходу втащил в салон.
Очутившись на кожаном сидении, ослепленная мощными фарами и оглушенная воплями, она некоторое время соображала, что же произошло. Трое здоровенных пацанов сидели напротив нее и с интересом разглядывали ее с ног до головы как мартышку в зоопарке. Один из них, самый симпатичный, ласково взял ее за подбородок и приподнял бледное, перепуганное лицо.
- Боже мой! Что такой ангел делает на улице в это время?
Она уставилась на него своими огромными синими глазищами. Губы ее тряслись.
- Разве ты не знаешь, - продолжал Тимур устрашающим голосом – сколько бандитов и хулиганов ходит по городу, как они воруют маленьких девочек, пьют их сладкую кровь, а мясо продают на базаре?
- Я не…я …здесь живу, - прошелестела она.
- Почему же ты не дома, милая? – он нежно гладил ее ладонью по голове, то и дело теребя жидкие льняные косички.
- К нам пришли гости… Мама послала меня в комок за сигаретами.
- Ах, вот как!- он понимающе кивнул – Надо же, какая засранка твоя мама! Послать ребенка одного ночью за своими вонючими сигаретами! Ай- ай- ай! Придется ее проучить, - он многозначительно глянул на пацанов, и они обкуренно заржали.
- Сколько тебе лет, красавица?
- Одиннадцать.
- Одиннадцать? - он вскинул брови - Неужели? Атар, ты веришь, что ей одиннадцать лет?
Атар мотнул головой, подыгрывая ему. Тимур развел руками.
- Вот так. Мы не верим. Может, ты соврала?
Она молчала, испуганно таращась на него. Тимур насупился.
- Я ненавижу, когда мне врут, запомни!
- Я… я не вру…
- Да? Ну, так, я сейчас проверю.
Он резко рванул убогое пальтишко и запустил руку ей под одежду. Девчонка в ужасе зажмурила глаза, не в силах даже шевельнуться.
- Я того все…!- Тимур криво ухмыльнулся. Отрывистый, хрипловатый смех нервно заклокотал у него где-то в животе. - Для одиннадцати лет у этой куклы неплохие буфера!
- Эй, Аполлон!- закричал спереди Алан, тряся пустой коробкой,- У нас сигареты кончились.
Тимур глянул в окно.
- Тормозни-ка здесь, Хачик.
Он выпрыгнул из машины возле комка и вскоре вернулся с двумя блоками «Rothmans» и горой шоколадок.
Девочка сидела, забившись в угол, и тряслась мелкой дрожью, как от лихорадки. Тимур уселся на свое место и обворожительно улыбнулся ей.
- Я не знал, какие шоколадки твои любимые, поэтому купил все, которые там были. Он высыпал плитки ей на колени.
- Ешь, милая.
Она не шелохнулась, белая, как простыня. Три пары глаз с интересом следили за ней.
- Кушай, - повторил Тимур с подкупающей теплотой в голосе и подвинул шоколадки. Девочка дернулась от его прикосновения и задрожала еще сильней.
- Не бойся меня. Я что похож на Бармалея какого-нибудь?
Она молчала.
- Ешь шоколад, - упрямо повторил он.
- Спасибо. Не хочу.
Тут Атар с размаху залепил ей подзатыльник.
- Кому ты это сказала, тупая сучка?
Она словно очнулась и громко, омерзительно заревела.
- Да кто тебя вообще воспитывал? Невежливо говорить нет таким людям, как Тимурик.
Задыхаясь от рыданий, девчонка стала неслушающимися руками распечатывать плитку и запихивать куски себе в рот. Ее залитое слезами лицо перепачкалось шоколадом, липкие струйки приторного клубничного наполнителя текли по подбородку. Три пьяные хохочущие рожи поплыли перед ее глазами. Она механически мяла и трескала в руках куски шоколада, набивая ими рот, пытаясь заглушить всхлипывания. Она подавилась и зашлась кашлем. Чья-то огромная лапа замолотила ее по спине.
- Вот так вот и случаются передозы. Нужно ориентироваться в своем кайфе. На вот, запей,- Атар сунул ей под нос бутылку водки.
- Слышьте, пацаны, вяжите прикалываться.- Это был как обычно спокойный голос Хачика, ведущего машину.- Вы доиграетесь, что эта пиздючка обрыгает весь салон.
Тимур посмотрел в зеркальце, где отражались его невеселые глаза.
- Ма тыхс, Вадим. Мы с девушкой просто приятно общаемся.- Он перевел на нее взгляд и вздохнул - Эх, Атар, не зря твое погоняло – Варвар. Че за манеры?. За дамой ведь нужно поухаживать.
Он нашел где-то пластиковый стаканчик и наполнил его «Абсолютом». Атар впихнул стакан в ее дрожащие руки.
- Ну, давай, ебани за Тимура. Встань и скажи: за твое здоровье, Аполлон.
Девчонка не шевелилась. Атар рывком поставил ее на ноги.
- За … твое…здоровье, - слабо пробормотала она одними губами и обессилено рухнула обратно.
- Молодец. А теперь залпом и до дна, иначе это будет оскорбление.
Девчонка стала медленно пить тошнотворную жидкость. Лицо ее с каждым глотком перекашивалось все больше. Глаза вылезли из орбит. Одолев кое-как полстакана, она оглушительно икнула и закашлялась.
- Так. А за это катит штраф,- Атар тут же наполнил стакан снова. Все с интересом наблюдали за его опытом. Девочка подняла на него несчастные глаза.
- Не надо… пожалуйста, умоляю вас…
- Пей.
- Я… я не могу.
Он больно заехал ей по уху.
- Пей, сучий выкидыш!
Она снова стала пить, задыхаясь от каждого мучительного глотка. Пацаны пьяно трещали и переглядывались.
- Приколись с нее! Это же голимый бухарь!
Стакан, наконец, вывалился из ее рук. Глаза закатились, она вся позеленела и обмякла на сидении.
- Вот он, приход,- прокомментировал Атар.
- Дебил! Ей же плохо!- Тимур подсел к ней поближе, вытащил из кармана платок и стал вытирать ее грязное лицо.
- Тебя тошнит, малышка? - Он осторожно прислонил ее к своему плечу, убирая со лба растрепанные волосы и пытаясь заглянуть в глаза.
- Ты охерел, Тимур? Она сейчас наблюет тебе прямо на куртку.
- Помолчи. Зачем спаивал девчонку?!- Он снова посмотрел ей в лицо.- Остановить машину? Хочешь проблеваться?
Девчонка с трудом подняла веки.
- Отпустите меня…
- Куда? Куда ты пойдешь?
- Домой…- еле слышно выдохнула она.
Тимур нежно погладил ее по щеке.
- А разве ты не хочешь остаться со мной?
Она молчала, совершенно измученная.
- Поехали со мной,- терпеливо повторил Тимур. Девчонка закрыла глаза.
- Мне надо домой… Меня мама ждет…
- Твоя мама - тварь! Она не заботится о тебе. А я позабочусь о тебе. Я не дам тебя никому в обиду. Я буду любить тебя крепко-крепко, хочешь?
Она молчала.
Тимур ясно улыбнулся и посмотрел на своих друзей: на одного, потом на другого. Атар нервно жевал дымящуюся сигарету. Его смуглое, жесткое лицо, жуткое и по-своему красивое какой-то дикой, звериной красотой, подергивалось от напряжения.
Аполлон скинул куртку, обнаружив выдающиеся бицепсы, и завалил девчонку на сидение. Атар стиснул зубы и перекусил бычок. Белки его черных, как угли глаз ярко и влажно горели на темном лице. Кровь с грохотом пульсировала в голове от вида скотских действий его лучшего друга. Девчонка вопила от боли, делая жалкие попытки сопротивления. На лице Атара зазмеилась умиленная улыбка.
- Ну, ты и монстр, Аполлон! Никогда не перестану тебе удивляться, - он сипло рассмеялся и откинулся на спинку сидения, наслаждаясь зрелищем.
Она вскоре перестала кричать, и лишь жалобно и безумно трогательно попискивала. Наконец Тимур поднялся, застегнул джинсы, раскурил очередной косяк и зашатался к передним сидениям.
Там царила тоска: Алан тупо крутил приемник, Хачик вел машину.
- Уоу, молодой, тебя что, из-под плана плющит?
Алан медленно повернул голову, покосился на Тимура опухшими бордовыми глазами.
- Ты. Где ты его взял? Я с ума схожу.
Тимур расхохотался и хлопнул его по плечу.
- Иди-ка, говнюк, разомни кости. Давай, давай. Еще вся ночь впереди.
Алан пролез между двух сидений и направился в конец машины.
- Только в очередь стань, долбень,- он со смехом отпустил ему легкий подсрачник и устроился на его место.
Знакомая дорога, окрашенная желтым светом фар, стелилась перед ними, резво ныряя под колеса, Небо нависало, вязкое и рыхлое, зеленоватый месяц лил на землю жиденький свет. Тимур прикрыл глаза, чувствуя, как все тело наполняется небывалой, сказочной легкостью. Вокруг была бескрайняя пустота, вечный мрак и драгоценная безусловная свобода. Их машина стрелой летела туда, в самое сердце черноты, рассекая расстояние и время. Это было похоже на блестящее, пронзительное счастье. Наверное, что-то подобное чувствует птица, паря в ослепительных просторах.
Он приподнял тяжелые оползающие веки и, щурясь от дыма, глянул на Хачика. Тот, как всегда, невозмутимый и серьезный, держал руль и спокойно глядел на дорогу. Чем этот засранец отличался от остальных - это тем, что мог всосать, вдуть, внюхать и влить в себя что угодно в любых количествах, и выглядеть при этом трезвым, как стекло.
- Слышь, армян…- запинаясь заговорил Тимур, - вас тут что, обоих пробило на тупняки?
- А тебя на что пробило? На педофилию?
Тимур прыснул, и долго, глупо хохотал.
- Ну-ка, дунь,- он протянул ему косяк, давясь огрызками смеха,- а то меня выводит твоя сложная рожа.
- Не хочу. Мне нормально.
Тимур ошеломленно застыл, насупился на несколько секунд, обдумывая его ответ, затем медленно поднял свирепое лицо.
- Что? Я не понял. Ты сказал «не хочу»? Мать вашу, мне говорят это уже второй раз за полчаса! Сегодня что, не мой день, что ли? Это что, благодарность за мои старания? Ах, вашу мать!!!
- О, Господи! Братан, не бредь, прошу тебя.
- Он не хочет! Великий нехочуха, бля!- он повысил голос,- А чего ты хочешь? Иди, трахни эту дуру. Или будешь выделываться, я сейчас тебя тут огуляю. Чисто по- братски.
- Успокойся, Тимур. Приди в себя,- он посмотрел на него все так же спокойно.- У меня свое мнение насчет этой девки. Тебе нравится свинячить - свинячь! Но меня такие развлечения не вставляют.
- Ах ты, чистюля сраная…
- Перестань. Я понимаю, что ты сегодня нанюхался, нашабился и нажрался, как собака. Но, пожалуйста, контролируй себя.
- Я контролирую!!! - Тимур с остервенением заехал своим натренированным кулаком по магнитоле, которая тут же стихла.- Если бы я не контролировал, то это было бы твое ебало.
Вадик бросил руль и развернулся к нему.
- Слушай, брат, ты знаешь, как я тебя уважаю. Ты отдыхаешь так, как считаешь нужным, и я никогда тебе ничего не говорю. Если я чего-то не поддерживаю, то это не в обиду. Просто оставь вот эти свои дурацкие заебы. Я сам за себя решу, кого мне, как и когда…
Тимур буравил его своим убийственным, разъедающим взглядом. Никто не мог смотреть ему в глаза. А этот тип не велся. Смотрел.
Они уставились друг на друга, как два удава. Завязалась самая настоящая схватка.
Почувствовав, как машину заносит, Тимур, наконец, отвел глаза и увидел надвигающийся столб.
- Бляяя!!! Черт бы тебя драл, идиот! - завопил он, бросился на руль, судорожно завертел его влево. Он кое- как выровнял машину и тут же со вздохом облегчения сполз вниз.
- Фу! Ну ты и выписал, Хачик! В ад нас всех хочешь отправить, что-ли?
Тимур сунул ему открытую пачку «Ротманз», они прикурили от одной зажигалки и стали молча смотреть на дорогу. Воцарилась тишина, нарушаемая лишь негромкой возней сзади. Вдруг душераздирающий крик девчонки резанул по ушам. Это, несомненно, был Атар - чемпион по всяческим зверствам.
Вадик угрюмо покачал головой.
- Вот зачем это было нужно, а? На кой хрен тебе сдался этот гадкий утенок? Через полчаса у нас будут первосортные бляди, готовые все, что угодно исполнить по высшему разряду. А этот детеныш…- он вздохнул - С жиру ты бесишься, что ли, Аполлон, не знаю.
Тимур закинул руки за голову и задрал ноги на панель управления.
- Нормальный ты пацан, Вадик… Только совсем не хочешь меня понимать.
- Хочу. Но не понимаю. Ты что, самому себе доказываешь, что нет такого дерьма, в котором у тебя не хватило бы духу поваляться?
Тимур пожал плечами.
- Ты видел когда-нибудь такие картины: смотришь сблизи - какая-то херня, отходишь - и изображение само складывается? Так вот, Хачик, не смотри в упор, смотри на расстоянии. Только тогда можно хоть о чем-то судить. Может, обернувшись на жизнь, все поймут, что дерьмо - это благодать Божья, а все добрые деяния так завоняют, что захочется стругануть. Тема такая- ты не можешь без сомнений подчиниться ни одному закону, кроме закона природы, сечешь? Ну так, следуй за ним и не оглядывайся. Сила- это закон природы. Кому-то придется с ней мириться. Тебе - наслаждаться ей. Так что, как говорится, лови момент! - он рассмеялся - Все равно мы все одинаково- смердящие катяхи в этом протухшем свинарнике - мире. Мы ведь - Тимур и команда, так?
Вадик не ответил.

4.

Инга и Марина торопливо семенили по тротуару с бутылкой шампанского, тортом и огромным букетом цветов. На этот нехитрый подарок ушла вся их стипендия. Общественный транспорт в это время суток уже не ходил, и им не оставалось ничего другого, как тащиться пешком. Уже через два квартала Марина начала надоедливо хныкать, ныть и упорно занималась этим всю дорогу .
-Ну что, долго еще? Я уже не могу, Инга!
-Давай, давай! Это полезно.
-Полезно!- она сгримасничала, копируя ее голос,- тебе-то что, спортсменка…
-Спортсменка, у которой завтра будут мозоли величиной с твою голову благодаря этим корочкам, садист.
-Кто еще из нас садист? Умоляю, давай словим мотор.
-На какие шиши?
-Мы их очаруем. Околдуем.
-Ну да, конечно. Тебе приключения, что ли нужны? К тому же…-она указала рукой на дорогу - ты видишь хоть одну машину?
Действительно, за все время им встретилось всего несколько легковушек. Город словно вымер.
Марина обреченно вздохнула и опустила свое бесконечно несчастное лицо.
-Ничего,- с оптимизмом сказала Инга,- осталось чуть- чуть. Пусть тебя греет мысль о калориях, которые ты сейчас теряешь.
-Меня греет только мысль о шоколадном торте,- буркнула Марина.
Инга громко и от души расхохоталась. Слишком громко и слишком отвязно для такого позднего времени, для такой темной улицы и для такого неспокойного города, как Владик.
-Давай хоть отдохнем,- Марина удержала подругу за руку. Они остановились. Далекий шум донесся из-за чернеющих массивов домов. Одинокая затерявшаяся в городских лабиринтах машина гулко пульсировала музыкой, приближаясь по соседней улице.
Марина подняла голову, прислушиваясь.
-Ого. Кому- то не спится.
-Лучше пойдем,- Инга потянула ее за рукав.
Синий «Мерседес» вырулил из - за угла в конце квартала так резко и неожиданно, что обеих обдало холодом. Тормоза истошно завизжали, колеса повыворачивались, машину занесло на тротуар, и она, наконец, остановилась метрах в двухстах от них. Инга и Марина стояли у стены дома, скрытые глубокой тенью, и наблюдали за происходящим с нарастающим чувством тревоги.
Задняя дверца распахнулась, и на дорогу вывалился светлый взлохмаченный комок. Даже в темноте стало заметно, как Маринино лицо покрылось мертвенной гипсовой белизной.
-Что это? Что там такое?- зашептала Инга, изо всех сил щуря близорукие глаза.
-Боже…- ее голос был неживым,- Господи Боже… Ребенок. Маленькая девочка…- она зажала рот руками.
Автомобиль стал отъезжать и разворачиваться. Марина вдруг как обезумевшая ринулась вперед.
-Стой! Марина! Марина! Нет! Что ты делаешь?- Инга бросилась за ней, но удержать ее было невозможно. Та летела со всех ног к скорчившемуся вдалеке на асфальте существу.
-Номера, Марина! Запомни лучше номера! Не ходи туда!- орала Инга подруге, но та будто и не слышала ее.
«Мерседес» приостановился, словно насторожившийся хищник и тут резко дал задний ход. Инга застыла на месте в нерешительности, ощущая всю нелепость ситуации. Мышеловка стремительно захлопывалась у нее на глазах, а она глупо стояла посреди улицы, оторопевшая от ужаса, паники и собственной беспомощности. Марина в нескольких шагах от нее склонилась над маленьким изувеченным телом.
Снова взвизгнули тормоза, и машина встала поперек дороги, преграждая им путь. Пятеро человек выскочили оттуда и в мгновение ока с армейской организованностью окружили их. Марина, наконец, поднялась и ошеломленно попятилась к подруге, озираясь по сторонам. Круг сжимался. Все пятеро были как на подбор - высокие качки, и по мере того, как они приближались, какие- то до боли знакомые черты стали угадываться в некоторых физиономиях.
Кто- то подал знак, и они остановились: трое впереди и двое сзади. Инга стояла с бесстрастным лицом, расправив плечи и всеми силами пытаясь скрыть свой отупляющий ужас. Один из пацанов шагнул ей навстречу и очутился внутри желтого квадрата света, падающего из чьего- то окна.
-Черт побери, какая неожиданно- приятная встреча,- он протяжно рассмеялся и сунул руки в карманы. Инга смотрела на него в упор. Это было то неповторимое лицо со скульптурными чертами и наглым взглядом. Его можно было узнать где и когда угодно. На сцене в луче прожектора стоял Его Величество Аполлон.
-Габарай,- пробормотала Марина, и злобная ухмылка скакнула на ее губах,- Ну и ну.. Что вы с ней сделали?
-Да просто подвезли девочку до дома. А теперь, думается мне, придется подвезти и вас. У нас хобби такое - делать добрые дела.
Он лениво улыбнулся, перевел взгляд на Ингу и стал бесцеремонно разглядывать ее фигуру. Она с трудом удержалась, чтобы не запахнуть сильнее куртку. Все ее нутро сморщилось от этого оценивающего взгляда. Она отдала бы все, чтобы оказаться сейчас в своем обычном неприметном наряде, а не чувствовать себя куском свиной вырезки на рынке в этой проклятой сбруе.
-Инга- четырехглазка…- он наконец остановил озадаченный взгляд на ее лице. –А ты не такое уж чмо болотное, как я думал… В общем- то меня наверно не стошнит, если я сделаю тебе увагу,- он стукнул кулаком о ладонь и обернулся к своим посмеивающимся кентам- пацаны, как считаете?
За его спиной стояли двое: один жилистый, черномазый, с рожей отъявленного бандита, рассеченной слева длинным шрамом. Другого она знала – Гиббон - огромная, тупорылая обезьяна. Еще один знакомый по универу - Хачик стоял прямо за ней рядом с каким - то пятым. Ситуация - поганей некуда. Но если бы ей только удалось…
Инга засомневалась, глядя на эту глыбу мускулов, которая возвышалась над ней почти на целую голову. Сможет ли она? Конечно, Тимур- это, слава Богу, не Гиб, которого наверно танк не сдвинул бы с места, но вес у него тоже не хилый. К тому же, она слышала, что Габарай - далеко не последний кик- боксер в республике. Острый холодок прошиб ее насквозь. Каждое последующее движение четко, плакатно отштамповалось в мозгу. Марина сзади стиснула пальцы подруги, словно догадавшись о ее намерениях.
Габарай сделал еще один шаг и совершил то, чего от него требовалось. Он взял ее за руку. Раздумывать было некогда. Инга молниеносно крутанулась, заломив ему локоть, и одним движением перекинула его через бедро.
«Безупречно сделано»,- мелькнуло у нее в голове. На соревнованиях такой чисто проведенный прием принес бы ей кучу очков.
В следующее мгновенье Инга схватила Марину за локоть и бросилась между ошалевшими Гибом и Аланом, налету разбив шампанское о чью- то башку. Послышались животные вопли и мат.
Алан, первым просекший ситуацию, успел схватить Марину за волосы, и она со всей силы заехала ему коленом в пах.
-Тварина!- взвыл он и скрутился в узел, выпустив ее. Но тут от чьего- то мощного удара в глазах у неё помутнело, а улица, исказившись, уехала в сторону. Атар схватил ее и с размаху швырнул на землю, как тряпичную куклу.





sdamzavas.net - 2020 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...