Главная Обратная связь

Дисциплины:






Предметный указатель 32 страница



9 Гиббон Э. Соч. Т. 1. С. 214

По всем рассмотренным здесь параметрам установки и принципы политического реализма получили логически завершенную форму в работах послевоенной школы реальной политики. Приверженцы этого направления предприняли попытку определить основные движущие факторы и структуры международных отношений и важнейшие постоянные и переменные величины, способствующие их изменениям. Они претендовали на то, чтобы дать ключ к пониманию поведения и действий государств и государственных деятелей на международной арене, выявить саму логику международной политики. Государства рассматриваются в качестве действующих лиц, которые, используя все находящиеся в их распоряжении материальные, финансовые и человеческие ресурсы и не считаясь с какой-либо высшей властью, отстаивают свои интересы

Поскольку, утверждают реалисты, международная система, не располагая наднациональными властными структурами, наделенными прерогативами применять санкции для разрешения или предотвращения неизбежных противоречий и конфликтов между государствами, представляет собой поле анархического взаимодействия государств-акторов, то определяющую роль в решении международных проблем играет сила. Как отмечал профессор П. Сенарклен, в глазах реалистов сила «сопоставима с той ролью, которую в рыночной экономике играют деньги и прибыль — факторы, существенные для объяснения капиталистического строя»10. Причем такая установка выводилась из самой природы человека, которая, как полагал Г. Моргентау, лежит в основе закономерностей функционирования политики и общества. Поскольку эти закономерности носят объективный характер, они универсальны. Даже в тех случаях, когда признавалось значение идей в политической борьбе, считалось, что в конечном счете речь идет все же о наращивании собственной мощи и ослаблении противника

Центральное место в их построениях занимает raison d'etat, основанная на признании приоритета обеспечения национальной безопасности с помощью силы. Вполне в русле традиций политического реализма Э. Карр утверждал, что «сила является необходимой составной частью всякого политического порядка». В том же духе рассуждал Г. Моргентау, который подчеркивал, что «главным ориентиром, помогающим политическому реализму найти свой путь в пространстве международной политики, является концепция интереса, сформулированная в терминах силы»11

10 Сенарклен П. Указ. соч. С. 10

11 Morgenthau H. Politics among Nations. P. 31

Необходимо отметить, что реалисты, не говоря уже о представителях других школ, не пришли к единому мнению относительно содержания, вкладываемого в понятие «сила»

Существует множество определений силы или мощи. Продолжаются споры о том, включаются ли в это понятие наряду с материальными нематериальные компоненты. Все же общим для них является то, что они отводят ключевую роль в динамике мировой политики стратегическим ресурсам. Г. Моргентау определял силу, исходя из ресурсов, которыми данное государство располагает. Он включал в нее военные средства, производственные мощности, сырьевые ресурсы, численность населения, геостратегические преимущества и другие, а также культурные особенности, моральный дух нации, искусство дипломатии и др.12 Зачастую сила рассматривается как способность того или иного государства устанавливать правила игры и определять исход переговоров в свою пользу. Как считал, например, Кокс, сила — это способность выбирать и формировать структуры глобальной экономики, навязывать доминирующие ценности и нормы. К. Уольц признавал невозможность разделения экономических и военных ресурсов, мобилизуемых государством для обеспечения своей безопасности и реализации национальных интересов. Тем более вес и значение этих компонентов постоянно меняются13



В центре внимания представителей реалполитики стоят отношения между государствами с упором на проблемы международных конфликтов и войн. Эти последние, по их мнению, — результат противоречий между государствами, различий, нередко антагонистических, культурных традиций, а также отсутствия единых властей и наднационального институционального порядка, призванного регулировать и разрешать эти противоречия

Отношения между государствами характеризуются чередованием мира и войны. Поскольку в основе международных отношений лежит противоборство интересов и устремлений государств, то оптимальным путем обеспечения мира являются достижение и поддержание относительного баланса сил

Международная политика большей части послевоенного периода, особенно первых десятилетий, когда господствовала конфронтация между двумя социально-политическими системами, служит убедительным подтверждением этого тезиса. С данной точки зрения нельзя не признать также правоту Г. Морген-тау, который утверждал, что «международная политика, как и всякая 12 Ibid

13 Waltz К. Theory of World Politics. P. 134

другая, есть борьба за власть»14. Добавим здесь от себя — борьба за власть между государствами как реальными акторами мировой политики. Реалполитики решительно не прием лют политику умиротворения вроде пресловутого Мюнхенского соглашения, полагая, что политику безопасности, нацеленную на порядок и мир, можно обеспечить только с помощью силы

Признавая правомерность подобных рассуждений, вместе с тем важно учесть и то, что в реальностях ядерно-космического века, как будет показано в следующей главе, существенно изменились: само понимание условий реализации национальных интересов, национальной безопасности, роли военной силы и войны в мировой политике, а также произошли структурные изменения в мировой экономике, вызванные новейшими информационными и телекоммуникационными технологиями, способными уменьшить уровень международной напряженности и значительно расширить рамки взаимовыгодного сотрудничества между различными странами и народами

За последние десятилетия произошли качественные изменения в параметрах и критериях национальных интересов, национальной безопасности, значении войны как продолжения политики иными средствами и т.д. Изменилось само понимание национального суверенитета и взаимозависимости народов и государств. Характер, формы, протяженность конфликтов и войн неизбежно меняются в зависимости от изменения принципов действия и системы обоснования национальной воли и всеобщего государственного интереса, которые направляют формулирование государственной политики на международной арене. Но тем не менее они не изжиты и остаются непреодолимыми реальностями современного мирового развития

Справедливости ради следует отметить, что ряд наиболее крупных реалистов в лице Г. Моргентау, Дж. Кеннана, Р. Арона не могли не учесть усиливающиеся процессы интернационализации и взаимозависимости стран и народов и внести соответствующие коррективы в свои построения. Сила предполагает способность навязать волю государства другим участникам международного сообщества. Однако, как подчеркивал Р. Арон, сила — это не неизменный абсолют, а человеческие взаимоотношения. Поэтому данная цель может быть осуществлена с помощью мобилизации военных, экономических, человеческих и морально- психологических ресурсов страны

14 Morgenthau H. Politics among Nations. P. 5

Позиции школы реальной политики претерпели дальнейшую модификацию в работах авторов, которых, как правило, объединяют в самостоятельное направление, называемое неореализмом. В этих работах обоснование роли силы как бы получило новое дыхание

Стимулом к этому явилось, по-видимому, наметившееся к середине 70-х годов обострение отношений между СССР и США. Среди них выделяются в первую очередь труды К. Уоль-ца «Теория международных отношений» (1979) и Р. Дж. Либе-ра «В отсутствие общей власти» (1988). Особенность неореалистов состоит в том, что, в целом сохраняя приверженность основным идеям политического реализма относительно конфликтного характера политики на международной арене и анархической природе миропорядка, они вместе с тем признают необходимость учета при анализе мировых реальностей роли институциональных и нормативных факторов, а также международного права и международных организаций, которые вносят существенный вклад в урегулирование кризисов и конфликтов, ядерного сдерживания, интернационализации мировой экономики, роста взаимозависимости государств и т.д. Указав назначение Углубляющейся интеграции международной экономики, деятельности международных и региональных организаций и разного Рода транснациональных акторов, они стали делать меньший Упор на силу и военно-силовой фактор в отношениях между государствами. Но тем не менее они продолжают рассматривать силу как один из главных факторов, определяющих отношения между государствами

Немаловажное влияние на характер и конфигурацию союзов и блоков и на расклад политических сил на тех или иных исторических этапах способны оказывать идеологические и структурные изменения. Нельзя не отметить тот факт, что в момент своего возникновения и первые десятилетия существования ре- алполитика была пронизана идеологическим духом, причем не в меньшей степени, чем вильсоновский идеализм, против которого она выступала. При этом в работах большинства реалполитиков идеологический компонент международных отношений периода холодной войны либо обозначен очень слабо, либо вовсе не упоминается. Холодная война рассматривалась ими прежде всего как классическая конфронтация великих держав, стремившихся к установлению своей гегемонии. Идеологический конфликт, в котором немаловажное место принадлежало стремлению конфликтующих сторон распространить свой образ жизни, изображался как попытка замаскировать традиционные военно- политические цели

В течение всей истории человечества, во всяком случае вплоть до недавнего времени, господствовал постулат политического реализма, согласно которому мир есть временное состояние, его никак нельзя исключить из отношений между государствами, поскольку проигравшая в войне сторона никогда не примирится со статусом подчиненной и всегда будет стремиться к реваншу. Мир всякий раз оказывался перемирием, которое неизменно нарушалось, как только какая-либо из сторон чувствовала возможность изменения существующего положения вещей в свою пользу

Поэтому конфликты в мировом сообществе могут быть урегулированы, но не могут быть ликвидированы. Под урегулированием конфликта понимается такая ситуация, когда-либо победившая сторона навязывает свою волю побежденной стороне, либо при отсутствии явного победителя стороны, нередко при участии третьей стороны, приходят к согласию относительно взаимоприемлемых условий прекращения конфликта. Здесь речь идет о компромиссе

При таком положении вещей единственно приемлемым путем обеспечения относительного порядка на международной арене являются достижение и поддержание баланса сил между различными государствами или блоками государств. Национальная безопасность гарантировалась посредством политики создания союзов и блоков. Причем международная система действует и функционирует в направлении либо установления гегемонии какой- либо одной самой мощной на данный исторический момент мировой державы, либо достижения некоего кондоминиума двух равновеликих по ряду важнейших параметров держав, либо же к своего рода равновесию между основными акторами на международной арене. Государства, находящиеся в состоянии явного или скрытого конфликта, взаимодействовали, опираясь на баланс сил. В идеале каждое государство, во всяком случае каждая великая держава, стремится установить собственный порядок, навязывая свою волю другим государствам. Пример: равновесие греческого и персидского миров, которые в пределах известной им Ойкумены установили нечто вроде двухполюсного миропорядка

Баланс сил между ними постоянно менялся. Но каждая из сторон стремилась к установлению свой гегемонии, что в конечном счете было осуществлено Александром Македонским. Как известно, империя Македонского просуществовала недолго. Позже своеобразный кондоминиум был достигнут между Римской и Персидской империями

Но, как правило, каждый из главных участников, действуя в направлении установления своей гегемонии, мешает какой-либо одной стороне добиться своей цели и тем самым обеспечивает равновесие или баланс сил в регионе или в сообществе государств в целом. В течение большей части XIX и первых четырех десятилетий XX вв. господствовало относительное равновесие противоборствующих сил, которое прерывалось войнами и конфликтами. Нередко же этот баланс сил представлял собой не столько реальное соотношение сил, сколько оправдание политики, проводимой несколькими наиболее мощными великими державами

«Самый общий закон равновесия, — писал Р. Арон, — гласит: цель основных действующих лиц заключается в том, чтобы не оказаться во власти соперника. Однако, поскольку две сверхдержавы контролируют игру и меньшие державы, даже путем объединения, не могут создать противовес ни одной из двух сверхдержав, принцип равновесия применяется к отношениям между коалициями, сформировавшимися вокруг каждого из главных игроков. Основная цель каждой коалиции состоит в том, чтобы воспрепятствовать другой коалиции приобрести ресурсы, превосходящие ее собственные»15

Особенность относительного равновесия в рамках биполярного миропорядка состояла в том, что стабильность преобладала в центре, в то время как положение вещей на периферии характеризовалось нестабильностью. Дав возможность предотвратить войну между главными акторами международных отношений в центрах современного мира, стабильность биполярного миропорядка не привела к снижению насилия в странах третьего мира. В результате, в то время как в центре воцарился относительный «холодный» мир, на периферии постоянно бушевали малые и средние гражданские и межгосударственные войны. Периферия выполняла в некотором роде роль предохранительного клапана для выхода пара антагонизма двух сверхдержав, стимулируемого их стремлением изменить статус-кво в свою пользу

Опыт распада Советского Союза убедительно показывает, что разрушение существующего миропорядка может привести к ослаблению и даже крушению политических режимов, обязанных своим существованием господствующим державам. Дальнейшее сокращение относительного веса и влияния США и западного блока в целом может способствовать распространению этого принципа и на регионы, продолжающие ныне находиться в их сфере влияния

Несомненно, что Pax Americana, равно как и Pax Sovetica, каждый в своей сфере господства и влияния, были мощными факторами 15 Aron R. Op cit. P. 144-145

гарантии стабильности, в результате чего была обеспечена относительная стабильность во всемирных масштабах (разумеется, с точки зрения недопущения большой или всемирной войны)

В наши дни убыстрения времени и сужения пространства, как никогда раньше обнаруживается неопределенный характер истории с ее неожиданностями, сюрпризами, отклонениями и разрывами

Изменения, происшедшие за последние два-три десятилетия в международном сообществе, отнюдь не уменьшили риска кризисов, войн, насилия. Уход с исторической арены одной из сверхдержав и примирение между бывшими главными противниками не превратили утопию в реальность. Международная арена не стала более уютной, чем ранее. Более того, в условиях, когда исчезла иерархическая структура международной системы, которая держалась на каркасе двухполюсного миропорядка, опасность неблагоприятного развития событий в различных регионах земного шара, социальной маргинализации, этнических конфликтов, гражданских и региональных войн и терроризма значительно возросла

Все же конфликт, призрак военной конфронтации и война являются лишь частью международной политики. Краеугольным принципом международной политики любого государства является обеспечение национальной или государственной безопасности

Поэтому в его внешнеполитической стратегии речь идет не только о конфронтации и конфликтах (при определенных условиях) с другими членами мирового сообщества, но и о поисках согласия и мира с ними

Иначе говоря, динамику международных отношений отнюдь нельзя считать результатом одной только конфронтации конфликтующих держав. Важнейшей составляющей международного порядка является также комплекс формальных и неформальных правовых и моральных правил и норм, институтов и принципов, призванных обеспечить согласие основных акторов международных отношений и тем самым стабильность мирового сообщества. Государства, особенно в свете опыта двух мировых войн XX в., стремились выработать общие для всех стран нормы поведения на международной арене. Особенно отчетливо это стремление проявилось в усилиях великих держав уже в ходе второй мировой войны при разработке и закладке институциональных и нормативных основ нового мирового порядка. Результатом этих усилий являются Организация Объединенных Наций и появление после второй мировой войны множества всемирных и региональных организаций, призванных стимулировать и регулировать как многостороннее сотрудничество, так и различные формы интеграции. В условиях, когда ядерное оружие во многом обесценило роль войны между великими державами в качестве ultima ratio, основные акторы мировой политики вынуждены были смягчить враждебность и перейти к сотрудничеству

Политический идеализмВ рассматриваемом здесь контексте само понятие «идеализм» трактуется не в смысле одного из двух основных философских направлений, противопоставляемого материализму. Оно имеет в виду подход к миру в терминах должного, мира, оцениваемого не таким, каков он есть, а мира идеального, мира таким, каков он должен быть. При таком понимании в его основе лежит существительное «идеал», и соответственно прилагательным от него является не «идеалистический», а «идеальный». В этом смысле идеальные трактовки и проекты государственного устройства и мироустройства, как будет показано ниже, выдвигались и выдвигаются представителями не только философского идеализма, но и материализма

Гносеологической основой политического идеализма служит тот факт, что человеку, обремененному необходимостью тяжким трудом, в поте лица своего зарабатывать хлеб насущный, с древнейших времен была характерна склонность предаваться мечтаниям о лучшей, счастливой жизни, противопоставляемой тяжелым и нерадостным будням. Постепенно с разделением физического и умственного труда эти мечтания стали систематизироваться и облекаться в формы мифов и, говоря современным языком, идеологических и вероисповедческих конструкций, которые обосновывали возможность более совершенного и более справедливого, чем существующее, общественного устройства. Необходимо отметить, что устремленность к более высокому, недостижимому, совершенному присуща самой природе как человека, так и общества. «Обществу, неспособному создавать утопии и воодушевляться ими, — писал французский исследователь Э. М. Сьоран, — угрожает склероз и разрушение. Ум, для которого не существует никаких исключений, предлагает нам раз навсегда данное, готовое счастье; человек от этого счастья отказывается, и именно это отречение делает его существом историческим, то есть приверженцем придуманного им самим счастья»16

16 Сюгап Е. М. Histoire et utopie. P., 1960

Идеал совершенного общественно-политического устройства может быть обращен как назад — в прошлое, так и вперед — в будущее. Примерами первого являются проекты Конфуция и Платона, которые в качестве основы совершенного государственного устройства выдвигали почитание древности, соблюдение ритуалов, правил, норм морали, якобы установленных далекими предками, но нарушенных и подорванных нынешними поколениями. Второй же представлен многочисленными хилиасти- ческими или милленаристскими утопиями, революционными проектами радикального переустройства общества и государства на началах будь то социальной справедливости, свободы, всеобщего равенства или расового, национального или социального господства одних и угнетения других. Возможно и то, что длительная летаргия конфуцианского и буддистского Востока объяснялась именно консервацией предполагаемого идеального общественного порядка в форме китайского жестко регулируемого бюрократического общества или буддистского идеала, ориентированного на уход от реального мира, который породил окостеневшую кастовую систему

То же самое мы можем сказать и о средневековой Европе, где господство католической перипатетики также привело к консервации и даже окостенению как сознания, так и общественных институтов

Каждое общество разрабатывает и предлагает собственное идеальное видение политики или собственный политический миф реального или желательного социального порядка. К такого рода конструкциям относятся, например, идея Маге nostrum, на которой основывалась Римская империя, идея крестовых походов, целью которых провозглашалось обращение в истинную веру неверных или язычников и создание единого христианского мира под эгидой Римского папы и императора Священной Римской империи, разного рода панидеи (панисламизм, пантюркизм, пангерманизм, панславизм и др.), идеология интернационального единения пролетариата всех стран и др. Крайними формами политического идеализма являются многочисленные утопии от «Государства» Платона до «Утопии» Т. Мора, «Города Солнца» Т. Кампанеллы, «Новой Атлантиды» Ф. Бэкона, «На белом коне» А. Франса и др

Предтечей политического идеализма можно считать Платона с его теорией идеального государства, руководимого философами

Подобно тому, как Н. Макиавелли и Т. Гоббс являлись отцами- основателями современного политического реализма, Г. Гроция, И

Канта и других с их ударением на нравственные аспекты политики можно рассматривать как зачинателей современного политического идеализма

Если политический реализм исходит из постулата о греховной сущности человека, то политический идеализм основывается на идее о его доброй природе. Все идеальные проекты и модели пронизаны духом оптимизма и идеей совершенства человека. По мнению приверженцев политического идеализма, в большинстве бед человека виноват не он сам, а социальные условия, а наилучшим путем их преодоления является исправление недостатков и усовершенствование общества. В сфере международных отношений они не придают сколько-нибудь важное значение национальным или иным интересам в качестве определяющего фактора поведения государства и отрицают неизбежность борьбы за власть и господство. Решительно отвергая сентенции в духе социал- дарвинизма, они убеждены в склонности человека и соответственно народов к сотрудничеству, солидарности и т.д

Политический идеализм, как правило, принимает форму индивидуализма, гуманизма, либерализма, анархизма, интернационализма. Важное место в политическом идеализме занимает социалистический или коммунистический проект с его идеалами, с одной стороны, бесклассового, справедливого и совершенного во всех аспектах общества и, с другой стороны, международного мира и гармонии между трудящимися всех стран

Сущность и содержание этих проектов и конструкций хорошо известны, поэтому я не считаю целесообразным сколько-нибудь подробно их рассматривать

Остановлюсь лишь на некоторых политико-философских аспектах разного рода идеальных проектов мироустройства

Одним из воплощений политического идеализма является пацифизм. Сам термин «пацифизм» вошел в политический лексикон во второй половине XIX в., хотя феномен, обозначаемый им, возник значительно раньше. В 1927 г. германский философ М. Шелер выделил восемь разновидностей пацифизма: героический и индивидуальный, христианский, юридический, полупацифизм коммунистов и марксистских социалистов, империалистический пацифизм универсального государства, космополитический классовый и культурный интернационал. Все эти разновидности объединяет убеждение в возможности и неизбежности постепенного единения мира и возникновения единой всемирной наднациональной и надгосударственной организации, основанной на международном праве и призванной ликвидировать источники и причины международных конфликтов, отменить силовую политику, установить мирные и гармонические отношения между народами

Проекты создания неких международных институтов для трансформации отношений между государствами восходят к далекому прошлому. В период средних веков француз отец Дюба размышлял о создании «Совета христианских суверенов», призванного предотвращать войны и разрешать споры между суверенными государствами с помощью арбитража, признавая при этом Римского папу в качестве последнего арбитра. С появлением на исторической арене суверенных национальных государств постепенно были разработаны разного рода идеи и идеалы системы равноправных, свободных и самоопределяющихся стран, сосуществующих друг с другом в мире и гармонии. В XVII и XVIII вв. выдвигались проекты создания авторитетных органов, которые решали бы споры между государствами мирными средствами

Среди этих проектов можно назвать, например, «Великий план» Силли, целью которого было провозглашено сохранение мира на европейском континенте, а также предложенный У. Пенном проект «Европейского сейма», который собирал бы вместе представителей европейских государств для разрешения противоречия между государствами, не поддававшихся разрешению дипломатическими средствами; «Проект установления в Европе вечного мира» (1713) де Сент-Пьера; идеи Ж. Ж. Руссо, который обосновывал мысль о создании некоей организации народов Европы, основанной на фундаментальных принципах международного права, и др

Наибольшую популярность получил «Проект вечного мира» И

Канта, в котором вечный мир между народами рассматривался как одна из важнейших целей истории, достигаемых в процессе поступательного движения человечества от грабежа к торговле, от насилия к договорным отношениям, от захватнических войн к мирному порядку. Кант утверждал, что создание правового государства приведет к установлению «вечного мира» между европейскими народами, что все государства, установив у себя республиканскую форму правления, откажутся от притязаний на чужие территории, будь то путем завоевания, наследования и каким-либо иным способом и др

В русле этой традиции А. К. Сен-Симон в работе «О перестройке европейского общества...», опубликованной им совместно со своим учеником О. Тьерри в 1813 г., выдвинул идею создания общеевропейского наднационального государства. Хотя Сен-Симон и делал реверансы в сторону принципа сохранения национального суверенитета, он тем не менее выступал за такую конфедерацию, которая должна была бы управляться наследственным королем и «большим европейским парламентом»

Причем предусматривалось, что эти два органа будут поставлены «над всеми национальными правительствами и наделены полномочиями решать их разногласия»17

Позже было выдвинуто множество подобных идей и проектов

Постепенно в XIX и особенно в XX вв. сложились несколько течений политического идеализма. Важнейшим из них является так называемый либеральный интернационализм, в разработке и популяризации которого ключевую роль сыграл президент США в 1913-1921 г., бывший профессор Колумбийского университета В

Вильсон. Особенность ситуации состояла в том, что президентом страны впервые в американской истории стал «очкарик», т.е

интеллигент, который, как правило, отождествляется с непрактичностью, разного рода несбыточными прожектами переустройства государственной системы и даже всего миропорядка. К исходу первой мировой войны Вильсон выступил с целым комплексом предложений, ставших с тех пор составной частью евангелия политического идеализма или так называемого вильсоновского мифа. В частности, он выдвинул план организации мирового сообщества, основанного на-моральных, а не на традиционных силовых принципах. Он видел главную цель войны не только в разгроме Германии, но и в «спасении мира для демократии», т.е. в формировании нового справедливого мирового порядка, свободного от войн и вооруженных конфликтов. Эта установка наиболее законченное выражение получила в послании Вильсона Конгрессу США 8 января 1918 г., в котором он изложил свои так называемые «Четырнадцать пунктов», представлявшие собой некий план создания «либерального мирового порядка»

Центральное место в этом документе занимали положения о предоставлении национальной независимости народам Европы, лишении Германии колоний в Африке, свободной торговле, разоружении и создании Лиги Наций, призванной защищать свободу всех народов и обеспечить мир во всем мире посредством блокирования инициаторов войн и революций. Созданная по его инициативе Лига Наций представляла собой попытку обеспечения глобального мира. Особый интерес представляет то, что в «Четырнадцати пунктах» и в проектах договора о Лиге Наций центральное место занимало положение о защите права наций на самоопределение

Накануне Парижской мирной конференции В. Вильсон пользовался громадной популярностью и влиянием во всем мире, особенно в Европе. Комментируя этот феномен, Дж. М. Кейнс, сам участник той конференции, писал: «На какой головокружительной 17 Le Bras-Chopard A. La Guerre. Theories et ideologic P., 1994. P. 70

высоте стоял президент в чувствах и надеждах всего мира, когда он направлялся к нам на борту «Георга Вашингтона». О! Какой великий человек явился в Европу в те дни нашей победы!»18

Авторитет Вильсона подкреплялся реальной силой Соединенных Штатов того времени, которые к тому времени выступили на международно-политическую авансцену как мощная мировая держава

Естественно, что от Вильсона ждали решения если и не всех, то, во всяком случае, главных проблем послевоенного мироустройства

Однако оказалось, что на самом деле президент не обладал ни соответствующим реалистическим планом осуществления предлагаемых мер, ни политической волей, ни необходимыми для этого инструментами и средствами. Когда дело дошло до их практического воплощения, обнаружились туманность, отрывочность и невыполнимость его идей. Как писал Дж. М. Кейнс, «Четырнадцать пунктов, вполне сохраняя букву, превратились в документ, обреченный на истолкование с помощью примечаний, предназначенный стать орудием самообмана»19. К тому же Конгресс США отказался ратифицировать Версальский мирный договор, и соответственно страна, выступившая инициатором ее создания, не стала ее членом. Хотя Лига и добилась определенных успехов в 20-х годах, по мере приближения мирового конфликта в 30-х годах она во всевозрастающей степени демонстрировала свое бессилие





sdamzavas.net - 2020 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...