Главная Обратная связь

Дисциплины:






III. РЕЛИГИОЗНЫЕ ИДЕИ В АЛХИМИИ 10 страница



557 Алхимия классической эпохи (от античности до середины семнадцатого века) была, в сущности, исследовательской работой в области химии, куда были внедрены путем проекции примеси бессознательного психического материала. Поэтому психологические условия, необходимые для работы, часто подчеркивались в текстах. Рассматриваемое содержимое было таково, что высказывало себя в проекции на неизвестную химическую субстанцию. Благодаря безличной, чисто объективной природе вещества, эти проекции представляли собой универсальные, коллективные архетипы, которые, проецируясь, в основном отражали коллективную духовную жизнь эпохи, образ духа, заключенного во тьму материального мира. Иными словами, состояние относительной бессознательности,-в котором человек того времени находился, ощущалось как болезненное и нуждающееся в спасении; оно проецировалось на вещество и, вследствие этого, связывалось с ним. Поскольку психологическим атрибутом бессознательного содержимого является условие потенциальной реальности, характеризуемой полярными противоположностями "бытие" и "не-бытие", то понятно, что единство противоположностей должно играть решающую роль в алхимическом процессе. В результате появлялось нечто в роде "объединенного символа", носившего, как правило, нуминозный характер, i Проекция образа избавителя,: т.е. соответствия Христос = lapis, была, поэтому, психологически неизбежной, как и параллелизм между избавляющим opus или oficium divinum* и ученостью - с той существенной разницей, что христианский opus есть operari в честь Бога-Избавителя, предпринятое человеком, жаждующим спасения, в то время как алхимический opus есть труд Человека-Избавителя во имя интересов божественной мировой души, дремлющей в веществе и ожидающей спасения. Христианин Добывает плоды милости ex opere operato, а алхимик создает для себя - ex opere operantis в буквальном смысле - "панацею жизни", которую он рассматривает или как замену знака милости церкви, или как дополнение и параллель божественной работы избавления, которая продолжается в человеке. Две противоположных точки зрения сходятся в церковной формуле, opus operatum и opus operantis*, - но при детальном анализе они оказываются несовместимыми. В сущности, это вопрос полярных противоположностей: коллективного или индивидуального, общества или личности. Это современная проблема, поскольку она вызвана в наши дни гипертрофией коллективной жизни и скоплением невероятных масс людей. Это заставляет индивида осознавать, что он задыхается в тяжком труде среди организованной толпы. Коллективизм средневековой церкви редко (или никогда) не оказывал существенного давления на индивида, в результате чего его отношения с обществом не превращались в глобальную проблему. Таким образом, эта проблема, осталась на уровне проекции до наших дней, когда можно энергично взяться за нее по меньшей мере на уровне эмбрионального сознания под маской невротического индивидуализма.



* Священный долг (лат.) Прим. перев.

558 Однако несколько раньше этого, алхимия достигла конечного пика и, вместе с тем, исторического поворотного пункта своего • развития в "Фаусте" Гете, который с начала до конца пропитан алхимическим образом мышления. Сущность драмы Фауста наиболее рельефно выражена в сцене Париса и Елены. Для средневекового алхимика этот эпизод должен был представлять таинственное coniunctio Солнца и Луны в реторте (рис.268); но современный человек, разбираясь в образе Фауста, распознает проекцию и, ставя себя на место Париса или Солнца, овладевает Еленой или Луной, его собственной внутренней, женственной противоположностью. Таким образом,

* Эти латинские фразы можно перевести так: ex opere operato — "в результате выполненной работы"; ex opere operantis — "в результате работы делателя"; opus operatum — "выполненная работа"; opus operantis — "работа делателя"объективный процесс соединения становится субъективным действием мастера: вместо того, чтобы наблюдать драму, он становится одним из действующих лиц. Личное вмешательство Фауста терпит неудачу, так что реальная цель процесса -создание неразрушимой субстанции - теряется. Вместо этого Эвфорион, который, как полагали, должен быть filius philosophorum, нетленным и "негорящим", идет в огонь и исчезает -несчастье для алхимика и повод для психолога покритиковать Фауста, хотя феномен этот никоим образом не примечателен.

Потому что каждый архетип с момента своего первого появления и до тех пор, пока он остается бессознательным, овладевает человеком полностью и заставляет его играть соответствующую роль. Поэтому Фауст не мог сопротивляться, ни когда Елена перенесла свою привязанность с Париса на него, ни другим "рождениям" и омоложениям, таким как Мальчик-возница и Гомункулус, разрушенными той же алчностью. Может быть, это и является главной причиной того, почему конечное омоложение Фауста имеет место лишь в посмертном состоянии, т.е. проецируется в будущее. Вряд ли является случайным совпадением тот факт, что совершенный образ Фауста порождает доктора Мариануса, имя (которое мы уже встречали) одного из наиболее знаменитых древних алхимиков: "Марианус" или, в более привычном написании, Мориен? 559 Благодаря идентификации с Парисом, Фауст возвращает coniunctio из проецированного состояния в сферу личного психологического опыта и, следовательно, в сознание. Этот решающий шаг означает не что иное, как решение алхимической загадки, и в то же самое время освобождение ранее бессознательной части личности. Но каждый рост сознания таит опасность инфляции, как это ясно проявляется в сверхчеловеческих возможностях Фауста. Его смерть, хотя и удивительная в его возрасте; едва ли является удовлетворительным ответом. Возрождение и трансформация, которые следуют за coniunctio, происходят в будущем, т.е. в бессознательном - что оставляет проблему висящей в воздухе. Мы все знаем, что Ницше поднял эту проблему снова в "Заратустре", как трансформацию в сверхчеловека, но он ввел сверхчеловека в опасно тесную близость с человеком с улицы. Поступая так, он неминуемо вызывал все последние резервы антихристианской злобы, потому что его сверхчеловек - это тщеславная гордость, hybris* индивидуального сознания, которое должно обязательно войти в противоречие с коллективной властью христианства и привести к катастрофическому разрушению индивида. Мы теперь знаем, как и в какой исключительно характерной форме этот рок овладел Ницше, tarn ethice quamp physice**. И какой ответ дало следующее поколение на индивидуализм сверхчеловека Ницше? Оно ответило коллективизмом, массовой организацией, сплотившись в толпу, tarn ethice quam physice, которая все, что видела, превращала в подобие скверной шутки. Удушение личности и бессильное христианство, которое, вполне возможно, получило свою смертельную рану - таков неприглядный баланс нашего времени.

* Высокомерие, заносчивость (греч).Прим. перев. ** Как этически, так и физически, (лат.) Прим. перев.

560 Грех Фауста состоял в том, что он установил тождество с вещью, нуждающейся в изменении и преобразованной. Ницше превзошел себя, идентифицируя свое эго со сверхчеловеком Заратустра, борющейся частью личности в сознании. Но можем ли мы говорить о Заратустре как о части личности? Не был ли он скорее кем-то вроде сверхчеловека - кем-то, кем человек не является, хотя и имеет свою часть в этом? Умер ли в действительности Бог, потому что Ницше объявил, что он не слышал его долгое время? Не мог ли он вернуться в облике сверхчеловека?

561 В своем слепом взывании к сверхчеловеческой мощи Фауст погубил Филемона и Бавкиду. Кем же были эти двое кротких старых людей? Когда мир стал безбожным и не смог оказать поддержки божественным странникам Юпитеру и Меркурию, именно Филемон и Бавкида приютили сверхчеловеческих гостей. И когда Бавкида был готов принести им в жертву своего последнего гуся, свершилась метаморфоза: боги объявили себя, скромная хижина превратилась в храм, и старая пара стала бессмертными служителями алтаря.

562 В некотором смысле древние алхимики были ближе, чем Фауст, к главной истине психе, когда они пытались освободить огненный дух из химических элементов, и относились к тайне так, словно она скрывалась в темной и молчаливой глуби природы. Тайна все еще была во вне. Движение развивающегося сознания вверх рано или поздно закреплялось благодаря прекращению проецирования и возвращалась обратно в психе. Однако с тех пор, как наступила эпоха Просвещения, вплоть до эры научного рационализма, - чем в действительности была психе? Она стала синонимом сознания. Психе была тем, "что я знаю". Не было психе вне зго. Тогда эго неизбежно идентифицируется с содержимым возвращенных проекций. Ушли дни, когда психе для большинства была еще "вне тела" и изображала "те великие вещи", которыми тело не могло овладеть'. Содержимое, которое прежде проецировалось, теперь было связано, чтобы появиться в личной собственности, как химерические фантазии эго-сознания. Огонь остыл в воздухе, и воздух стал великим ветром Заратустры, вызвав инфляцию сознания, которая, по-видимому, может быть подавлена лишь самой страшной катастрофой цивилизации. Пусть новый потоп пошлют боги на немилосердное человечество. 563 Сознание, подвергнувшееся инфляции, всегда эгоцентрично и не знает ничего, кроме собственного существования. Оно неспособно учиться на прошлом опыте, не может понять современные события и делать правильные заключения о будущем. Оно гипнотизирует самого себя и, следовательно, не может рассуждать. Оно неизбежно приговаривает себя к смертельным бедствиям. Достаточно парадоксально, что инфляция -это регрессия сознания в бессознательное. Это случается всегда, когда сознание берет на себя слишком много бессознательного содержимого и утрачивает способность различения, sine qua поп любого сознания. Когда судьба целых четыре года разыгрывает на подмостках Европы войну безгранично устрашающего вида, которая всем ненавистна, никто не мечтает узнать, кто или что вызвало войну? Никто не осознает, что европейского человека охватило нечто, отнявшее у него свободную волю. И это состояние бессознательного обладания подспудно будет длится до тех пор, пока мы, европейцы, не испугаемся своего якобы "божественного всемогущества". Такое изменение может начаться только с индивида, ибо массы суть слепые животные, как мы испытали на собственной шкуре. Однако мне кажется важным, что некоторые люди, или каждый индивидуально, начнет понимать, что имеются содержания, которые не принадлежат личностному эго, а должны быть приписаны психическому не-эго. Эту ментальную операцию необходимо предпринять, если мы хотим избежать инфляции. К счастью, у нас есть полезные и поучительные модели, которые предлагаются поэтами и философами, - модели или архетипы, - лекарства для всех людей и любого времени. Конечно, из того что мы здесь открываем, нет ничего для масс* - есть лишь некоторая скрытая вещь, которую можно постичь лишь в одиночестве и безмолвии. Лишь немногие люди пытаются что-либо об этом узнать; гораздо проще проповедовать универсальную панацею для всех, чем применить ее к самому себе и, как мы все знаем, все не так плохо, если все сидят в одной лодке. Сомнения не могут существовать в стаде; чем больше толпа, тем лучше истина - и тем больше катастрофа.

* Выделено переводчиком. Ср.: С.Московичи. Век толп. М. "Центр психологии и психотерапии". 1996

564 На моделях прошлого мы сможем научиться прежде всего следующему: психе дает убежище содержаниям или подвергается влияниям, ассимиляция которых сопровождается величайшими опасностями. Если древние алхимики приписывали свой секрет материи, и если ни Фауст, ни Заратустра не являются вдохновляющими примерами того, что происходит, когда мы воплощаем этот секрет в себе, то нам остается один путь -отвергнуть высокомерные претензии сознательного разума быть всей психе, и признать, что психе есть реальность, которую мы не можем до конца ухватить современными средствами понимания. Я не называю человека, сознающего свое неведение, обскурантом; я думаю, что это, скорее, тот, чье сознание недостаточно развито, чтобы уметь осознать свое неведение. Я считаю, что алхимическая надежда извлечь из вещества философское золото, или панацею, или волшебный камень, была лишь частью иллюзии, эффектом проекции; что до остального, то она соответствовала действительным психическим фактам, которые много значат в психологии бессознательного. Как показывают тексты и их символизм, алхимик проецировал то, что я назвал процессом индивидуации, в феномены химических превращений. Научный термин "индиви-дуация" не означает, что мы имеем дело с чем-то известным и окончательно ясным, о котором более нечего сказать.2 Он просто указывает на еще очень темное поле поиска, которое нуждается в разработке. Это централизующие процессы в бессознательном, формирующие личность. Мы имеем дело с жизненным процессом, который, в силу своего божественного характера, исходит из времен незапамятных, обеспечивая побуждение для формирования символов. Эти процессы погружены в тайну: они выдвигают загадки, которые человеческий ум давно и тщетно пытается решить. Анализ показывает, что рассудок человеческий - инструмент малопригодный для такой цели. Недаром алхимия считала себя "искусством", чувствуя -и это совершенно справедливо - что она имеет дело с созидательными процессами, которые можно постичь только опытом, хотя имя им может дать и интеллект. Сами алхимики предупреждали нас: "Rumpite libros, ne corda vestra rumpantur" (Рвите книги, чтобы не были разорваны ваши сердца), и это несмотря на их прилежание в науках. Опыт, а не книги - вот то, что ведет к познанию (рис.269).

565 В изложенном исследовании символов снов я показал, как выглядит такой опыт на самом деле. Из этого можно более или менее ясно понять, что происходит, когда серьезное исследование обращается к неизвестным областям души. Формы, которые опыт принимает применительно к каждому индивиду, могут быть бесконечными в своих вариациях, но, подобно алхимическим символам, они все являются вариантами определенных центральных типов [архетипов], которые универсальны. Это первичные образы, из которых религии извлекают свою абсолютную истину.

 

Примечания

Автор: procyon, дата: сб, 23/06/2007 - 23:17

Часть 1

1. Неудивительно, что протестантский теолог, пишущий об искусстве красноречия, имел смелость потребовать целостности от проповедника с этической точки зрения. Он обосновывает свои аргументы, обращаясь к моей психологии. См. Handler, Die Predigt.

2. Перевод немецкого слова Seele (обычно переводится как душа) и Psyche (обычно переводится как психика) представляет почти непреодолимые трудности из-за отсутствия единственного русского эквивалента, а также потому, что они являются синонимами, как и два слова "психика" и "душа". Поэтому требуется некоторое пояснение.

Применяемое в переводе "Психе" — для которой Юнг использует или Psyche или Seele — используется в значении, относящемся к целостности всех психических процессов (Юнг, Психологические типы, Опр. 15, 47а) и характеризует совокупность психических процессов, особенно их динамических аспектов; то есть это некое всеобъемлющее определение. "Душа", с другой стороны, как принято в аналитической психологии, более ограничена по значению и обозначает "функциональный комплекс" или часть личности и никогда не относится к психе в целом. Часто она прилагается к "anima" и "animus", например, в такой связи она используется в сложном слове "Seelenbild" (англ. - Soul-image). Эта концепция души более узка, чем христианская, с которой читатель, по всей видимости, должен быть более знаком. В христианском контексте "Душа" означает "трансцендентную энергию человека" и "духовную часть человека, рассматриваемую в моральном аспекте или в отношении к Богу". Поэтому термин "душа" будет использоваться не в методологическом смысле (т.е. не означает "animus" или "anima") и не будет соотноситься с трансцендентальной концепцией, а будет относиться к психическим (феноменологическим) фактам высоко религиозного характера. Мы будем придерживаться этого, исключая случаи, когда контекст ясно показывает, что термин используется в христианском или неоплатоническом смысле. Слово психика будет употребляться в смысле сущностной связи с физиологическими процессами. (Прим. пер.)

3. Термин "Только" (нем. nicht als. анг. nothing but), Юнг часто использует в тех случаях, когда объясняет неизвестное через хорошо знакомые и простые вещи — по аналогии с тем, как это делает У.Джеймс в своей книге "Pragmatism", с. 16: "То, что выше, объясняется тем, что ниже, и толкуется всегда как случай "только" - иногда чего-то совершенно "низшего сорта".

4. Догма о том, что человек создан по образу и подобию Божию, весома на шкале любой оценки человека, не говоря уже об инкарнации.

5. Тот факт, что дьявол тоже может владеть душой, ничуть не уменьшает ее значения.

6. Психологически для Бога совершенно немыслимо быть просто "полностью другим", потому что "полностью другой" никогда не смог бы быть одной из глубочайших скрытых тайн души, — которая именно и есть Бог, т.е. утверждения, которые имеют психологические обоснования относительно Богообраза, суть либо парадоксы, либо антиномии.

7. Tertullian, Apologeticus, XVII: "Anima naturaliter Christiana" - Душа по природе своей христианка (лат.).

8. Поскольку здесь говорится о человеческих усилиях, я оставляю в стороне акт благоволения, который лежит за пределами человеческой воли.

9. Tertullian, De came Christi, 5 (Migne, P.L., vol.2, col.751).

10. Zockler ("Probabilismus", p.67) объясняет этот термин так. "Пробабилизм" — это наименование такого образа мышления, который отвечает на научные вопросы с большей или меньшей степенью вероятности. Моральный пробабилизм, который мы будем рассматривать, заключается в принципе, гласящем, что акты этического самоопределения должны управляться не сознанием, а в соответствии с тем, что является вероятно правильным, т.е. согласно тому, что рекомендовано представительными или учеными авторитетами". Иезуит пробабилист Эскобар (умер в 1669г.) высказывал мнение, что если кающийся грешник признает пробабильное мнение мотивом своих действий, то отец-исповедник обязан отпустить ему грехи, даже если он этого мнения не придерживается. Эскобар опросил множество авторитетных иезуитов по вопросу о том, как часто на протяжении своей жизни они давали обет любви к Богу. Согласно одному мнению, достаточно возлюбить Бога один раз перед смертью; другие считали, что это надо делать один раз в год или раз в три-четыре года. Сам он пришел к заключению, что достаточно полюбить Бога однажды при первом пробуждении разума, затем каждые пять лет и, наконец, в час смерти. По его мнению, множество различных моральных доктрин сформировали одно из главных доказательств в пользу доброго провидения Божьего, "потому что они делают ношу Христа такой легкой" (Zockler, p.68 ср. также Harnack, History of Dogma, VII, ее. 101).

11. Бытие 1:2.

12. Читатель найдет подборку таких мифических мотивов в книге Lang, Hat ein Gott die Welt erschaffen. К сожалению, филологический критицизм исключил очень многое из этой книги, интересной хотя бы своей гностической тенденцией.

13. В алхимических писаниях слово "Меркурий" имеет широкий ряд значений, обозначающих не только химический элемент ртуть или живое серебро (Hg), но и бога Гермеса (Меркурия), планету Меркурий, а также и прежде всего тайну "трансформирующей субстанции", которая в то же время есть "дух", пребывающий во всех живых созданиях. Эти различные обозначения становятся ясными в ходе чтения книги. Было бы неправильно использовать русское "Ртуть" или "ртуть", потому что имеется много случаев, когда нельзя употребить ни одно из этих слов. В связи с этим сохраняется латинское "Mercurius", как в немецком тексте, и используется личное имя (поскольку "Mercurius" персонифицирован); а термин "живое серебро" применяется лишь там, где он обозначает химический элемент (Hg). В последнем случае мы будем использовать также слово "ртуть". Прим. перев. с учетом прим. Юнга для англ. издания.

14. Przywara, Deus semper maior, I, стр. 71.

15. См. иллюстрации в Jung, "Concerning Mandala Symbolism".

16. Coniritio —это "совершенное" раскаяние; attritio —"несовершенное" раскаяние (contritio imper(ecta), к которому относится contritio naturalis. Первое относится к греху как к противоположности высшего блага, последнее порицает его не только из-за слабой и отвратительной природы, но также из страха наказания.

17. Религиозная терминология приходит естественным образом, как единственно адекватная, когда мы встречаемся с трагической судьбой, которая является неизбежным спутником целостности. "Моя судьба" (рок) означает демоническую волю, потому что судьба — воля, не совпадающая необходимым образом с моей собственной (волей эго). Когда она противостоит эго, трудно не чувствовать действительную "силу" в ней, божественную или адскую. Человек, который покоряется своей судьбе, называет ее волей Бога; человек, ведущий безнадежную изнурительную борьбу с ней, более склонен видеть в ней дьявола. В любом случае такая терминология встречает всеобщее понимание.

18. Парацельс еще говорит о "богах", царствующих в mysterium magnum (Philosophia ad Athenienses, p.403), тоже содержит и трактат Abraham Eleazar, Uraltes chymlsches Werk на который Парацельс оказал очень сильное влияние.

19. См. Sanchez, Opus morale, Decalog. 2, п. 49,51 и Pignatelli, Consultaiion.es canonicae, canon IX.

 

Часть 11

 

Гл. 1. Введение

 

1. Следует подчеркнуть, что это образование не было историческим, филологическим, археологическим или этнографическим. Любое отношение к материалу, исходящему из этих областей, бессознательно влияет на сновидца.

2. "Мандала" (санскрит) означат "круг", а также "магический круг". Ее символ представляет собой — если рассматривать основные формы — концентрически расположенные фигуры с круглым или квадратным изображением в центре и радиальными или сферическими добавлениями.

3. По этому поводу см. Юнг, "Основные положения аналитической психологии", и Wolff, "Einfuhrung in die Grundlagen der komplexen Psychologie", pp. 34 ff.

4. Я опускаю анализ слов "дополнительный" и "компенсаторный", так как это увело бы нас в сторону.

 

Гл. 2. Начальные сны

1. Море — удобное место для рождения видений (т.е. вторжений бессознательного содержания). Также, великое видение орла у III Ездры 11:1 поднимающегося из моря, и видение "Мужа" - άνθρωπος; - в 13:3, 25 и 51 выходящего из "середины моря". Ср. тоже 13:52 "Как не можешь ты исследовать и познать того, что во глубине моря, так никто не может на земле видеть Сына Моего..."

2. NEKU'IO — от νέκυς (труп) — название одиннадцатой книги "Одиссеи" — это жертвоприношение мертвому, чтобы вызвать его из Аида. Nekyia, следовательно, это удобное обозначение для "сошествия в Аид", удаления в страну мертвых: в этом смысле оно использовано Дитрихом в его комментариях к Кодексу Ахмима, который содержит апокалиптический фрагмент из Евангелия от Петра (Nekyia: Beitrage zur Erklarung der neuentdeckten Petrus apokalypse). Типичными примерами являются "Божественная комедия", классическая Вальпургиева ночь в "Фаусте", апокрифические легенды о сошествии Христа в ад и т.п.

3. См. французское издание Hypnerotomachia, именуемое Le Tableau des riches Inventions ou Songe de Poliphile (1600). Пер. Beroalde de Verville (см. рис. 4). [Оригинал издан в Италии в 1499 г.]

4. Детали см. в Юнг, Парацельс как духовное явление, пар. 179, 214.

5. Knuchel, Die Umwandlung in Kult, Magie und Rechtsbrauch.

6. Участок земли, часто роща, находящийся отдельно и посвященный богу.

7. О концепции anima см. Юнг, Отношение между Я и бессознательным, пар. 296 слл.

8. Зосима жил около 300 г. н.э. См. Reitzenstein, Poimandres, pp. 9ff.; Berthelot, Collection des anciens alchimistes grecs, 111,1,2

9. Мотив лестницы присутствует в снах 12 и 13 (пар. 78,82). Ср. также лестницу Иакова (рис. 14).

10. De errore profanarum religionum: "Animo descensus per orbem solis tribui-tur". — Сказано [язычниками] что душа нисходит сквозь круг солнца.

11. "Золотой осел".

12. Ruska, Turba.

13. См. "Коллективное бессознательное" в Юнг К.Г., "Психологические типы", пар.692.

14. Прямой источник христианской символики Агнца следует искать в видениях Книги Еноха 89: lOff. (Charles, Apocrypha and Pseudepigrapha, II, p.252). Книга Еноха была написана в начале 1 века до н.э.

15. В видении Еноха правитель и принц сначала появляется как овца или баран: Книга Еноха 89:48 (Charles, II, р.254).

16. Bertelot, Collection des anciens alchimistes grecs, III, 1,2 Ср. также Jung "The Visions of Zosimos".

17. Budge в Gods of the Egyptians, I, p.87 использует это выражение.

18. Etudes de mythologie, II, p. 245

19. Ср. забавный диалог между алхимиком и Меркурием в Sendivogius, "Dialo-gus", Theatr chem., IV.

20. Goethe, Dichtung und Wahrheit.

21. Напечатано в Geheime Figuren der Rosenkreuzer.

22. Problems of Mysticism and Its Symbolism.

23. О воде как источнике среди других см. Египетскую космогонию.

24. Wirth, Aus orientalischen Chronikeh, p. 199.

25. Источник запечатанный. "Песнь песней". 4,12.

26. Это в действительности нормальный жизненный процесс, но он обычнр осуществляется совершенно бессознательно. Анима -это архетип, который присутствует всегда (ср. Юнг К.Г. "Психологические типы", пар. 15,16 и "Отношения между Я и бессознательным", пар.296) Мать — это носитель анима-образа, который в глазах сына дает ей очаровательные качества. Затем это через сестру и подобные фигуры переносится на возлюбленную.

27. Ср. сон 23 второй серии (пар. 212, а также 220).

28. Смысл "золотого цветка" средневековой алхимии (ср. рис.ЗО) см. Adolphus Senior, Azo\th. Золотой цветок пришел от греческого χρυσάνθεμον (Berthelot, Alch. grecsj, III, XLIX, 19) и = χρυσάνθεμον "золотой цветок". Магическое растение подобное гомеровскому ц.юХ.и, которое часто упоминается алхимиками. Золо!той цветок — благороднейшая и чистейшая эссенция золота. Это имя иногда дают пириту, (ср. Lippmann, Entstehung und Ausbreitung der Alchemie, 1, p.70). Сила aqua permanens, называется так же flos, "цветок" (Turba, ed. Ruska, p. 214,20). Flos используется поздними алхимиками, чтобы выразить мистическую преображающую субстанцию. (Ср. "flos citri-nus" в Aurora consurgens; "flos aeris aureus" в Consil. coniug., j4rs chemica, p. 167; "flos est aqua nummosa [Mercurius]" в "Allegoriae sapientum" p. 81; "flos operis est lapis" в Mylius. Philosophia reformata, p. 30)

29. Репринт в Artls auriferae, II, pp 204ff (1593) и Bibliotheca chemica curiosa, II, pp 87ff (1702). Мои цитаты берутся обычно из версии 1593 г.

30. Как сказано в Rosarium: "Aurum nostrum non est aurum vulgi". Art. aurif., II, p.22O

31. "Quia lapis noster scilicet argentum vivum occidentale, quod praetulit se auro et vicit illud, est illud quod occidit et vivere facit" - Ibid., p.223.

32. "Intelligite, filii sapientum, guod hie lapis preciosissimus clamat,... et lumen meum omne lurriem superat ac mea bona omnibus bonis sunt sublimiora... Ego gigno lumen, tenebrae autem naturae meae sunt..." "Ibid., p.239 относительно цитат из Гермеса в Rosarium см. ниже, пар. 140 п.17.

33. "Epistola ad Hermannum", Theatr, chem., V,p.899.

34. Это не означает, что самость создается, так сказать, только в ходе жизни; это скорее можно сказать о становлении сознания. Самость существует с самого начала, но она скрыта, то есть бессознательна. См. мои последующие объяснения.

35. Foucart, Les Mysteres d'Eleusis.

36. [История, II, 58-60, пер. Г.А.Стратановского].

37. См. Психологические типы, опр.67

38. Ср. Flescher, Hermes Trismegistus, p.6; так же сферическая форма платоновского Первочеловека и σφάίρος; Эмпедокла. В "Тимее" алхимическая ат'та mundi, подобно "душе субстанций" сферичная, а так же золотая (ср. рис. 209). (См. Maier, De circulo physico, pp. 1 If.) О связи между rotundum и черепом или головой см. Юнг, Символ превращения в Мессе, пар.239 ел., с.281.

39. Ср. аргумент св. Августина, что Бог не есть это солнце, но он тот, кто создал солнце (In Joannis Evang., Tract., XXXIV, 2) и свидетельство Евсевия, который действительно описал "христианское" солнцепоклонничество (Соп-stantini oratio ad Sanctorum Coelum, VI; Migne, P.G., vol.20, cols. 1245-50).

40. Beroalde de Verville в своем введении ["Recueil Steganographique"] к французскому переводу (1600 г.) Hypnerotomachia четко поддерживает эту точку зрения.





sdamzavas.net - 2020 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...