Главная Обратная связь

Дисциплины:






Теоретические представления, разработанные в Санкт-Петербургской психологической школе



Ряд важных теоретических представлений разработан в так называемой Питерской (Санкт-Петербургской, Ле­нинградской) психологической школе,берущей начало в на­учной и организаторской деятельности Владимира Михай­ловича Бехтерева, о котором мы говорили выше.

Авторитетной теорией, сформировавшейся в этой школе, является «теория отношений» Владимира Николае­вича Мясищева (1892— 1973), созданная в развитие идей его учителя, сподвижника Бехтерева Александра Федорови­ча Лазурского (1874—1917) и представляющая особый под­ход — в рамках марксистской методологии— к проблемам личности.

В. Н. Мясищев исходил из того, что главным принци­пом изучения природы в целом является принцип изуче­ния ее объектов во взаимосвязях. Для человека же, высту­пающего как активный субъект, характерны отношения — осознанные избирательные связи его с различными аспек­тами бытия — с другими людьми, предметами, собствен­ной деятельностью, самим собой. Сложнейшие отноше­ния человека к окружающему миру выражаются в его пси­хической деятельности; в этихотношенияхчеловеквысту­пает в роли субъекта, деятеля, сознательно преобразующе­го действительность. Отношения человека в развитом виде представляют систему индивидуальных, избиратель­ных, сознательных связей личности с различными сторо­нами объективной действительности.

Основные стороны психической жизни, по В. Н. Мя-сищеву, — психические процессы, отношения, состояния, свойства личности, неразрывно связанные и проявляю­щиеся друг в друге.

Система отношений — психологическое «ядро» лич­ности. Через это понятие в теории В. Н. Мясищева оказа­лось возможным рассмотрение различных психических явлений. Так, мотив выступает в этой теории как выраже­ние отношения к объекту действия; воля проявляется в до­стижении цели, являющейся объектом активного отноше­ния; черты характера — превращенные отношения и т. д. Через противоречивые отношения В. Н. Мясищев, являю­щийся одним из крупнейших отечественных психотера­певтов, рассматривал неврозы.

Еще одно важное направление отечественной психо­логии связано с именем многолетнего лидера Ленинг­радской психологической школы Бориса Герасимовича Ананьева (1907—1972). Он развивал некоторые важные по­ложения В. М. Бехтерева, инициатора комплексных ис­следований, и выступил с идеей создания особой дисцип­лины — человекознания, включающей данные психоло­гии, антропологии, медицины, физиологии и др. наук о

 

По

 

человеке. Такое рассмотрение предполагало несколько основных направлений: изучение человека как биологи­ческого вида; анализ онтогенеза и жизненного пути чело­века как индивида; изучение человека как личности; как субъекта; анализ проблем человечества. (Главная работа Б. Г. Ананьева носит название «Человек как предмет по­знания», что напоминает о названии труда великого рус­ского педагога, создателя педагогической антропологии — то есть необходимого для педагогики целостного учения о человеке — Константина Дмитриевича Ушинского (1824—1870) «Человек как предмет воспитания».)



В своем подходе к человеку Б. Г. Ананьев различил уровни его организации, в частности, уровень индивида и уровень личности.

Развитие индивида — это онтогенетическое природное развитие человека — зачатие, рождение, созревание, зре­лость, старение, старость.

Личность же — субъект общественного поведения и общения (общение Б. Г. Ананьев рассматривал как особую деятельность наряду с предметной деятельностью и позна­нием); начало личности человека наступает намного по­зже, чем начало индивида, и связано с образованием по­стоянного комплекса социальных связей, образованием регулирующих их норм — освоением средств общения и деятельности.

«Теория установки» Д. Н. Узнадзе

Важным направлением в советской психологии яви­лась «теория установки», основанная грузинским психоло­гом Дмитрием Николаевичем Узнадзе (1886—1950).

Д. Н. Узнадзе рассматривал психологию как науку о целостной личности, мотивы и поступки которой могут быть неосознаваемы (его подход к бессознательному дол­гое время определял отечественные разработки в этом на­правлении). Всякое поведение, по Узнадзе, есть реализа­ция конкретной подготовленности, ни одно действие не возникает на «пустом месте»; центральным объяснительным понятием в теории Д. Н. Узнадзе стало понятие установки, означающее неосознаваемую готовность субъекта к вос­приятию будущих событий и действию в определенном на­правлении; эта неосознаваемая готовность — основа целе­сообразной избирательной активности человека.

Концепция Д. Н. Узнадзе в теоретическом плане была противопоставлена так называемому «постулату непосред­ственности», наиболее ярко выраженному в классической психологии сознания (явления сознания непосредственно определяют друг друга) и в бихевиоризме — (внешние раз­дражители непосредственно определяют поведение).

Явление установки было изучено в многочисленных экспериментальных исследованиях.

Основная методика строилась примерно следующим образом: ис­пытуемому предъявлялась экспериментальная задача — например, его просили с закрытыми глазами оценить наощупь, какой из двух предъяв­ленных шаров больше (при этом в одну руку вкладывался больший шар, в другую меньший). Такая задача предъявлялась 10—15 раз (и каждый раз больший шар оказывался в той же руке, что и прежде), с тем, чтобы установка — готовность оценивать шары как больший и меньший — за­фиксировалась.

Затем в очередном предъявлении шары заменялись равновеликими; испытуемый же — в силу сформировавшейся готовности — оценивал один из шаров как больший или меньший относительно другого.

В таких, на первый взгляд, простых опытах было выяв­лено несколько принципиальных характеристик установ­ки. Так, оказалось, что установка — не частный психиче­ский процесс, но нечто целостное, носящее центральный характер. Это проявляется, в частности, в том, что она пе­реходит, будучи сформирована в Одной сфере, на другие: так, установка, созданная в гаптической («наощупь») сфе­ре при оценке величин шаров, проявляется в области зри­тельного восприятия, влияя на оценку сравнительной ве­личины кругов.

Установка возникает при взаимодействии индивида со средой, при «встрече» потребности с ситуацией ее удов­летворения; на базе установки, выражающей состояние всего субъекта как такового, деятельность может быть ак­тивизирована помимо участия его эмоциональных и воле­вых актов. Но, полагал Узнадзе, деятельность в плане «им­пульсивной» установки человеку хотя и свойственна, ноне отражает его сути: специфически человеческим являет­ся явление объективации, то есть акт выделения действия из единства с субъектом, переживание действительности как существующей независимо от субъекта. Объективация возникает тогда, когда установка не обеспечивает адекват­ного действия; тогда возникает план осознания, в резуль- I тате чего опять-таки вырабатывается новая готовность к деятельности, то есть установка.

Итак, мы завершаем краткий обзор основных психоло­гических теорий; в него вошли некоторые психологиче­ские направления, определившие проблематику и глав­ные подходы к психике, способам ее познания и работы с этой реальностью. Мы зафиксировали основные этапы формирования предмета психологии и варианты пред­ставлений о нем.

Вы наверняка обратили внимание на разнообразие — и в ряде случаев принципиальную несовместимость — неко­торых основных принципов понимания сути психологии в различных школах, например, в бихевиоризме и гумани­стической психологии, — и, соответственно, разнообра­зие в понимании предмета психологии, начиная с периода психологического кризиса.

Вспомните, что выступало в разных школах в качестве основного предмета изучения: закономерности строения сознания(структурализм); его функции(функционализм); закономерности взаимоотношений бессознательного и со­знания(психоанализ); поведения(бихевиоризм); формиро­вания и функционирования целостных психических структур(гештальтпсихология и связанные с ней направления); формирования высших психических функций(культур­но-историческая теория), деятельности(деятельностный подход), установки(теория установки), отношений(теория отношений), самоактуализации(гуманистическая психо­логия), особых состояний сознания(трансперсональная психология).

Быть может, вы уже обратили внимание на то, что представление о душе только как о внутреннем мире субъ­екта оказывается недостаточным; в ряде подходов психи­ческое как бы выносится и во внешний план, план взаимо­действия субъекта с миром (в том числе с другими людь­ми), за пределы индивидуальности. Поэтому «психика» понимается сейчас содержательно иначе, чем «душа» в традиционном смысле; определение же психологии как науки о душе обычно сопровождается существенными оговорками.

Далее, вы обратили внимание, что в ходе обзора ока­зался затронут ряд проблем; большинство из них остаются актуальными до настоящего времени и определяют глав­ные линии психологических поисков — как теоретиче­ских, так и практических.

Вспомним некоторые из них: что такое психика? Как определить критерий психического? Каково строение пси­хики? Каковы ее функции? Виды? Уровни развития? Како­вы закономерности развития психики в филогенезе? В он­тогенезе? В каком соотношении оказываются врожденное и приобретенное? Биологическое и социальное? Индиви­дуальное и социальное? Обучение и развитие? Как связаны человек и мир? Как человек познает мир? Каковы основ­ные психологические уровни и формы познания? Как соот­носятся чувственное познание и мышление? Какую роль играют эмоции и воля? Как соотносятся сознательное и бессознательное? Произвольное и непроизвольное? Что та­кое личность? Какова ее структура, критерии и уровни раз­вития? Как строятся взаимоотношения личности и обще­ства? Какую роль в жизни личности играет потребност-но-мотивационная сфера? Как она строится? Что такое нормальное и аномальное в психическом? Каковы меха­низмы появления и развития психических отклонений? На каких принципах, какими методами возможно строить психологическую помощь?

Мы видели и разнообразие подходов к проблеме мето­да (методов) психологической науки. Эту проблему мы об­судим в соответствующем разделе несколько позже.

Мы отметили лишь некоторые важнейщие вопросы. Ответы на большинство из них спорны, и разобраться в этих проблемах более детально вам предстоит при изуче­нии более специальных — сравнительно с «Введением в профессию» — курсов.

4. Место психологии в системе науки ее структура Психологияи другие науки

Мы очень кратко рассмотрели основные психологиче­ские теории. Повторим еще раз: говорить о психологии как единой науке на современном этапе достаточно труд­но: каждое направление предлагает свое понимание ду­шевной жизни, выдвигает свои объяснительные принци­пы и соответственно концентрирует усилия на анализе определенных аспектов того, что понимает под психиче­ской реальностью. Вместе с тем в последнее время наблю­дается сближение ряда направлений — или хотя бы тен­денция к большей терпимости их по отношению друг к

 

 

другу, что означает возможность диалога и взаимообога­щения.

Теперь мы можем вернуться к вопросу о месте психо­логии в системе наук и попытаться оценить ее связь с дру­гими научными дисциплинами.

Итак, к каким же наукам относится психология — к ес­тественным или гуманитарным?

Вероятно, вы уже поняли, что психологию нельзя од­нозначно отнести к тем либо другим. Исторически она складывалась как «многоголосье» религиозных, философ­ских, физиологических, биологических, медицинских и иных представлений о человеке (прежде всего о человеке).

Связь психологии с естественными науками вполне очевидна. Наиболее явная связь — с биологическими нау­ками. Вы помните, что уже в античности душа понималась как некое жизненное начало или сущность живого, и Ари­стотель соотносил виды души с разрядами живых существ. Если рассматривать формирование собственно научной психологии, то здесь необходимо отметить несколько ас­пектов в отношениях психологии с биологическими дис­циплинами.

Заимствование некоторых общебиологических теоре­тических положений для" обоснования закономерностей развития психики — ряд психологических теорий апелли­ровали к ним совершенно непосредственно.

Значительную роль в этом плане сыграла эволюцион­ная теория Ч. Дарвина (который, как мы говорили, и сам разрабатывал некоторые психологические проблемы). В первую очередь это касается идеи приспособления к ме­няющимся условиям среды, что дает ключ к пониманию эволюции форм психической жизни и их адаптивной роли. Идеи Дарвина оказали влияние на многих психоло­гов — специалистов как в области психологии животных, так и психологии человека. Одна из принципиальных проблем психологии — проблема развития психики в фи­логенезе — обсуждается, как правило, с апелляцией к Дар­вину. Эта проблема разрабатывается одной из психологи­ческих дисциплин — эволюционной биопсихологией. Его идеи во многом определили целую эпоху в представлениях об индивидуальном развитии человека (так, были много­численные попытки рассмотреть индивидуальное разви­тие — онтогенез — как повторение этапов филогенетиче­ского развития (так называемый биогенетический принцип, сформировавшийся первоначально в эмбриологии под влиянием эволюционных идей Дарвина).

Так, на биогенетическом принципе 3. Фрейд основы­вал обозначение этапов индивидуального развития, нахо­дя их аналоги на различных уровнях животного мира.

Основатель детской психологии американец Стен­ли Холл (1846—1924), по-своему его трактуя, выдвинул принцип рекапитуляции (в психическом развитии ребе­нок, согласно Холлу, повторяет этапы развития обще­ства). Биогенетический закон неоднократно подвергался сомнению, но нас в данном случае интересует не его ис­тинность, а факт влияния на психологию.

Ряд психологов строит свои концепции на основе принципов, почерпнутых из эмбриологии. Так, американ­ский психолог Арнольд Гезелл (1880—1961) распространял принципы эмбрионального развития на развитие ребенка после рождения, находя сходство определенных выделен­ных им «циклов» и этапов неиромоторных и психических изменений.

Известный в эмбриологии принцип эпигенетизма (со­гласно которому в развитии эмбриона есть этапы появле­ния качественных новообразований — в противовес прин­ципу преформизма, утверждающему, что организм изна­чально дан как таковой и изменяется лишь количествен­но) был использован Эриком Эриксоном в анализе психи­ческого развития человека.

Одним из авторитетных направлений современной биологии является этология — наука о поведении живот­ных, рассматривающая соотношение врожденного ин­стинктивного поведения и влияния среды; эта наука рас­пространяет свои принципы и на человека в поисках био­логических истоков его социального поведения, в частно­сти агрессивности (один из основателей этологии — авст­рийский ученый Конрад Лоренц (1903—1989). Исследова­ния этологов представляют непосредственный интерес для зоопсихологии: иногда этология даже рассматривает­ся как вариант зоопсихологии.

Проблема соотношения врожденного и приобретен­ного — одна из центральных в психологии, в связи с чем для нее важны и данные генетики, предоставляющие ма­териал относительно механизмов наследования опреде­ленных задатков, предрасположенности к психическим заболеваниям и др. Пограничная с генетикой область пси-

хологии — психогенетика, выявляющая роль генотипа и среды в формировании индивидуальных особенностей че­ловека.

«Биологическая аналогия» иногда заходит в психоло­гию очень глубоко, претендуя на объяснение сложнейших социальных явлений (например, «социобиология» амери­канского ученого Э. Уилсона) и, как правило, в этих случа­ях вызывает критику со стороны психологов, хотя в неко­торых отношениях и в определенных пределах ее право­мерность признается.

Особенно выделим связь психологии с физиологией, в частности с физиологией высшей нервной деятельности. Мы уже говорили о том, что экспериментальная психоло­гия формировалась во многом на основе эксперименталь­ной физиологии, о значении для психологии работ И. М. Сеченова, И. П. Павлова, В. М. Бехтерева.

Отметим также выдающуюся роль работ А. А. Ухтом­ского (1875—1942), разрабатывавшего идею доминанты (временно господствующей рефлекторной системы, при­дающей направленность поведению) и выдвинувшего представление о формировании «функционального орга­на» (некоего единого физиологического аппарата, объеди­няющего отдельные функции для реализации определен­ной активности).

Выдающуюся роль в становлении психологии сыграли работы Николая Александровича Бернштейна (1896—1966), разрабатывавшего принципы физиологии активности — направления, трактовавшего поведение с точки зрения его регуляции со стороны ожидаемого результата, «модели по­требного будущего» (что противостояло идеям реактивно­сти).

Во многих отношениях с идеями Н. А. Бернштейна пе­рекликаются работы Петра Кузьмича Анохина (1898—1974), в центре которых — представление об «опе­режающем отражении действительности» и о том, что в основе поведения лежат специфические системные явле­ния — функциональные системы.

Идеи Н. А. Бернштейна и П. К. Анохина, имея и само­стоятельное психологическое значение, повлияли, в част­ности, на взгляды А. Н. Леонтьева и А. Р. Лурия.

Непосредственно с физиологией высшей нервной дея­тельности соотносится такая отрасль психологии, как психофизиология, изучающая психику в единстве с ее ма­териальным субстратом — мозгом.

Среди биологических дисциплин прикладного плана выделим медицину, прежде всего невропатологию и пси­хиатрию. Характерно, что многие выдающиеся психологи были и клиницистами (В. М. Бехтерев, В. Н. Мясищев, П. Я. Гальперин, значительное число психоаналитиков; Л. С. Выготский и А. Р. Лурия, уже будучи известными пси­хологами, обучались медицине как студенты).

На стыке медицины и психологии возникла медицин­ская психология, разрабатывающая психологические проблемы диагностики, лечения, профилактики, реаби­литации больных.

Особо выделим основанную Александром Романови­чем Лурия (1902—1977) нейропсихологию, существующую на стыке психологии, физиологии и медицины науку, изу­чающую мозговые механизмы высших психических функ­ций на основе локальных поражений мозга (по изначаль­ной мысли Л. С. Выготского, сотрудником которого был А. Р. Лурия, психические функции, становясь системны­ми, связаны с соответствующими перестройками в орга­низации мозговых механизмов).

Тесно связана с медициной так называемая специаль­ная психология, изучающая различные варианты патоло­гии психического развития.

Таким образом, связь психологии с биологическими науками несомненна.

Казалось бы, сложнее усмотреть связь психологии с физикой; это так в целом — связь менее непосредствен­ная, — но тем не менее она существует. Психология, раз­виваясь во многом вместе с естествознанием, отражала (разумеется, в определенных отношениях и направлени­ях) то мировоззрение, которое определялось основными открытиями — или господствующими принципами — в области физической картины мира. Так, представления об атомарном строении мира привели к «переносу принци­па» — представлению об атомарном строении души; физи­ческие принципы экспериментирования во многом опре­делили требования объективного подхода к психике; в ряд психологических теорий на правах основных вошли такие понятия, как «энергия», «поле». Это — связи вполне яв­ные; есть и более опосредованные, например, через физи­ческие принципы объяснения физиологических явлений.

Связь психологии и химии во многом аналогична, од­нако в ряде случаев более определенна. Так, существуют области, относительно которых выдвигаются и химиче­ские, и физиологические, и психологические теории (на­пример, механизмы памяти); химические процессы рас­сматриваются при анализе важных для психологии биоло­гических явлений; наконец, существует психофармаколо­гия — научно-практическая дисциплина, изучающая за­кономерности воздействия на психику лекарственных препаратов.

Мы очень кратко очертили связь психологии с естест­венными науками. Означает ли это, что и психологию сле­дует считать наукой естественной?

Во многих отношениях такое представление обосно­ванно, и ряд психологических направлений (вспомните классический бихевиоризм) ориентирован именно на та­кое понимание.

Однако не менее сильна связь психологии с науками гуманитарными. Преимущественно это соотносится с теми отраслями психологического знания, которые связа­ны с человеческой личностью.

С историей психологию сближает интерес к особенно­стям душевного облика человека в различные историче­ские эпохи и в различных культурах (особенности лично­сти, мировосприятия, мышления, формирования этало­нов поведения, взаимоотношений, особенности склады­вающихся групп и т. д) —они выступают предметом исто­рической психологии.

С социологией — наукой о социальных системах и процессах—психология связана через изучение законо­мерностей взаимодействия личности и ее социального окружения, внутригрупповых и межгрупповых отноше­ний. Одна из ведущих отраслей психологии — социальная психология, изучающая психологические особенности че­ловека, обусловленные его существованием в группе, и ха­рактеристики самих групп.

Этнопсихология изучает особенности психики людей различных народов и культур, разрабатывая проблемы на­ционального характера, самосознания, национальных особенностей мировосприятия, взаимоотношений, фор­мирования сообществ и др.

Политическая психология изучает особенности чело­века и групп, обусловленную их включенностью в политическую жизнь (политическое самосознание, ценности, особенности поведения и деятельности и др.) как на уров­не индивида, так и на уровне малых и больших групп раз­личного плана.

Названные междисциплинарные области психологии тесно связаны между собой, и многие проблемы являются для них общими (например, особенности взаимоотноше­ний внутри политических групп, образованных на нацио­нальной основе).

Проблемами связи личности" и социума, культурных, национальных психологических особенностей человека, его взаимодействий с ближайшим окружением и с более широкими социальными структурами, отношений между группами занимались многие выдающиеся психологи — либо непосредственно, либо включая их в иную проблема­тику. Не случайно при обсуждении связи психологии с гу­манитарными дисциплинами мы не называли имен — так или иначе с названными вопросами связывали свои раз­мышления практически все крупнейшие отечественные и зарубежные авторы, выходящие в исследованиях за рамки ориентации на индивидуальные процессы как таковые (последнее — в условной и не вполне корректной изоля­ции человека от окружения и культуры). Такие традици­онно выделяемые гуманитарные дисциплины, как языко­ведение и искусствоведение, также связаны с психологией самым непосредственным образом. С первым психологию сближает проблема формирования речи на основе усвое­ния языковых структур, анализ языка в связи с мышлени­ем, интерес к содержательным и экспрессивным сторонам языкового общения, особенностям порождения высказы­вания, восприятия, речи в зависимости от языковых структур, наконец, роли языка в контексте анализа куль­туры и многое другое. На стыке психологии и языкозна­ния возникла психолингвистика.

Искусствоведение и психология находят область со­прикосновения в подходах к проблемам художественного творчества и личности художника, восприятия художест­венных произведений, особенностей структуры самих произведений (психология искусства).

Кроме названных, на стыке психологии и других гума­нитарных дисциплин существуют психология религии, юридическая психология и др.

Обратите внимание: если в отношении фундаменталь­ных естественных наук психология в основном заимству­ет у них некоторые объяснительные принципы, то в отно­шении гуманитарных дело обстоит иначе: психология не только «берет», но и предлагает этим наукам свои спосо­бы понимания явлений; более того, существуют «психо­логические школы» в рамках истории, социологии, язы­коведения.

До сих пор мы не коснулись связи психологии и фило­софии, хотя связь эта чрезвычайно важна. Философия обычно определяется как наука о наиболее общих законах природы, общества и мышления, но за этим часто следуют оговорки в том смысле, что философия — некая метанау-ка, «сверхнаука».

Психология, как вы помните, долгое время развива­лась в рамках философии, и выделение ее в самостоятель­ную науку не могло означать полной автономии. Проблемы душевной жизни человека не могут разрабатываться вне представлений об отношениях материального и идеально­го, духовного и телесного, биологического и социального, субъективного и объективного, а это проблемы философ­ского плана, как и многие другие из тех, что мы рассматри­вали при обсуждении становления предмета психологии. Правда, психологи не всегда формулируют свои позиции по этим проблемам, однако — независимо от желания того или иного исследователя — их взгляды, хотя бы скрыто, несут более общие, чем это изложено в работах, представ­ления о мире и человеке. Во многих случаях, впрочем, психологи непосредственно основываются на тех или иных философских системах, а иногда предлагают собст­венные. Так, советские психологи основывались на фило­софии марксизма; влияние марксизма признавали А. Ад­лер, В. Райх, Э. Фромм; У. Джеймс выступал открытым противником материализма; гуманистическая психология основывается на принципах экзистенциализма и т. д. Для психологии определенные философские концепции вы­ступают как методологическая основа, то есть система принципиальных общих теоретических положений, опре­деляющих подход к проблемам и способ их анализа.

Кроме того, в ряде случаев психологические теории перерастали в философские направления (или претендо­вали на это) либо оказывали влияние на возникновение и развитие «философских теорий. Так, философы часто рассматривают психоанализ как философское течение; пси­хологические взгляды У. Джеймса отразились в основан­ном им философском направлении («прагматизм» или «психологический прагматизм»); работы С. Л. Рубинш­тейна («Бытие и сознание», «Человек и мир» и др.) явля­ются философскими не в меньшей мере, чем психологиче­скими. Примеры можно продолжать.

Укажем и на то, что в ряде случаев психологическое и философское знание сближаются непосредственно через конкретный объект анализа: гносеология (теория позна­ния) и психология познавательной деятельности; логика и психология мышления; эстетика и психология искусст­ва и т. д.

Так, для швейцарского психолога Жана Пиаже (1896—1980) разработанная им логическая система позво­ляла описывать развитие психики ребенка как совершен­ствование структуры действий; в центре его внимания — формирование логико-математического строя человече­ского познания.

Подведем краткие итоги. Мы обсудили связь психоло­гии с рядом фундаментальных наук, задавшись вопросами о ее месте в системе наук и принадлежности к естествен­нонаучному либо гуманитарному знанию. Постараемся найти ответ.

Как наука, пытающаяся интегрировать различные подходы к человеку, психология оказывается в особом по­ложении относительно других. Так, Б. М. Кедров помещал психологию в центр разработанного им «треугольника наук»; в центр системы наук помещал ее и Жан Пиаже.

Ответ на второй вопрос не может быть столь же одно­значен. В психологии — не являющейся, напомним, еди­ным знанием, подчиненным одной теоретической схе­ме, — представлены направления как естественнонауч­ной, так и гуманитарной ориентации. Можно, однако, го­ворить о возрастающем «удельном весе» гуманитарного подхода — в связи с тем, что в центр психологии помеща­ется человеческая личность, а это означает невозможность строго объективного (в естественнонаучном понимании этого слова) подхода к человеку без обсуждения проблем человеческих ценностей, смыслов, переживаний и т. д., то есть подход к человеку просто как к «явлению природы» недостаточен; в то же время обсуждение природы челове­ческих ценностей неизбежно предполагает некую точку

отсчета, каковой часто оказывается система ценностей са­мого психолога (что также характерно для гуманитарного знания: личность исследователя здесь часто оказывается тем, от чего невозможно — а часто и не нужно — абстраги­роваться).

В отношении же тех научных областей, которые ори­ентированы прежде всего на практику, отметим в первую очередь связь психологии с педагогикой и медициной, — теми дисциплинами, для которых основной является проблема взаимодействия людей.

Связь психологии с педагогикой непосредственна. Нель­зя эффективно работать с ребенком или взрослым, не пред­ставляя тех закономерностей, по которым развивается его психика, тех принципов, по которым должно строиться об­щение, и не владея методами его организации, не умея усмотреть индивидуальные особенности личности и т. д.

Психология старается выявить психологические меха­низмы, лежащие в основе педагогических взаимодейст­вий, изучить закономерности педагогического процесса, определить условия оптимальной организации (педагоги­ческая психология).

Педагогика — в соответствии со своими принципа­ми — ориентирована на то же, поэтому взаимодействие наук вполне закономерно. Не случайно имена выдающих­ся теоретиков и практиков педагогики вошли и в историю психологии (Ж.-Ж. Руссо, И.-Г. Песталоцци, К. Д. Ушин-ский, Я. Корчак, А. С. Макаренко, В. А. Сухомлинский и др.), а многие выдающиеся ученые были деятелями как психо­логии, так и педагогики (Л. С. Выготский, П. П. Блонский, Л. В. Занков и др.) Не случайным было и появление на ру­беже Х1Хт-ХХ вв. комплексного направления, пытавше­гося охватить и психологические, и педагогические аспек­ты отношения к ребенку — педологии, то есть науки о ре­бенке (судьба этого направления в нашей стране была пе­чальна: в 1936 г. его существование было прекращено по­становлением — кстати, до сей поры не отмененным — ЦК ВКП(б), что резко ослабило отечественную педагоги­ческую психологию и привело к тому, что на долгие годы из практики советских психологов было исключено тести­рование — один из основных методов педологического ис­следования).

Связь психологии и медицины достаточно многооб­разна. Она обусловлена необходимостью определить специфику отношений между врачом и больным (принцип «лечить не болезнь, а больного»), психологически обосно­вать процедуры диагностики, лечения, профилактики, ре­абилитации больных. Это входит в компетенцию меди­цинской психологии. Ряд отраслей медицины непосредст­венно соотносится с психологией через общие проблемы, в частности, проблемы нарушений психической деятель­ности: прежде всего это касается невропатологии и психи­атрии.

Мы уже говорили, что многие выдающиеся психологи были и клиницистами. Данные о нарушениях психиче­ских функций при различных заболеваниях дают неоце­нимый материал для психологии, в том числе общей пси­хологии, для выработки представлений об общих законо­мерностях психической деятельности (так, материалы от­носительно различного типа амнезий, то есть нарушений памяти, проявляющихся в забывании, составляют важный источник построения общей теории памяти).

Русский психиатр Сергей Сергеевич Корсаков (1854—1900) был одним из организаторов первой в Моск­ве экспериментально-психологической лаборатории (1886 г.). В исследованиях его ученика П. Б. Ганнушкина (1875—1933) была разработана типология характеров, зна­чение которой выходит за пределы патологии. Примеры такого типа многочисленны. Многие методики психоло­гического обследования также пришли из клиники, о них речь ниже.

Вспомним вновь основанную А. Р. Лурия нейропсихо­логию, существующую на стыке психологии, физиологии и медицины науку, научающую мозговые механизмы вы­сших психических функций на материале локальных по­ражений мозга.

Тесно связана с медициной упоминавшаяся специаль­ная психология, изучающая различные варианты патоло­гии психического развития.

Выраженная ориентация психологии не только на по­знание, но и на практику позволяет ответить и еще на один вопрос — относительно того, является ли она фундаменталь­ной наукой или прикладной.

Основные задачи психологии — это, с одной стороны, познание психической реальности как таковой и, с другой стороны, на основании этого знания выработка средств практической помощи людям в самых разнообразных об-

 

ластях — в организации оптимальных условий труда, вос­питании, облегчении тягостных личных переживаний, ле­чении неврозов и т. п. Иными словами, в психологии су­ществуют свои фундаментальные и прикладные разделы. Мы рассмотрим их при анализе структуры психологии.





sdamzavas.net - 2020 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...