Главная Обратная связь

Дисциплины:






СУДЕБНЫЙ ПРОЦЕСС ПО ДЕЛУ О ЗЛОДЕЯНИЯХ НЕМЕЦКО‑ФАШИСТСКИХ ЗАХВАТЧИКОВ НА ТЕРРИТОРИИ УКРАИНСКОЙ ССР



КИЕВ, 17 января. (ТАСС).

Сегодня здесь в Военном Трибунале округа, началось слушанием дело о злодеяниях, совершенных немецко‑фашистскими захватчиками, на территории Украинской ССР в период временной ее оккупации.

К судебной ответственности привлечены 15 человек: бывший начальник охранной полиции и жандармерии Киевской и Полтавской областей, генерал‑лейтенант полиции Шеер Пауль Альбертович; бывший комендант тыла 6 армии, действовавшей на территории Сталинской и Днепропетровской областей, генерал‑лейтенант Буркхардт Карл Карлович; бывший командир 213 охранной дивизии, действовавшей в Полтавской области, а в последствии – комендант главной полевой комендатуры №392 генерал‑майор фон Чаммер унд Остен Экхард Ганс; бывший гебитс‑комиссар (окружной комиссар Мелитопольского округа) оберштурмбандфюрер «СС» Хейниш Георг Юзефович; бывший ортскомендант (местный комендант) Бородянской межрайонной комендатуры Киевской области, капитан Валлизер Оскар; бывший военный комендант городов Первомайск, Коростышев, Коростень и других населенных пунктов УССР, подполковник Трукенброд Георг Генрихович; бывший начальник «СД» (службы безопасности) Днепродзержинского района Днепропетровской области, обершарфюрер Геллерфорт Вильгельм Вильгельмович; бывший командир полевой жандармерии 44 пехотной дивизии и комендант лагерей военнопленных, лейтенант Кноль Эмиль Эмиль; бывший сельскохозяйственный комендант Бородянского района Киевской области, зондерфюрер Бенкенгоф Фриц Фрицович; бывший военнослужащий дивизии «СС» «Викинг» обер‑ефрейтор Изенман Ганс Вильгельмович; бывший командир подразделения полевой жандармерии, обер‑лейтенант Иогшат Эмиль Фридрих; бывший командир отделения 323 отдельного охранного батальона, унтер‑офицер Майер Вилли Вилли; военнослужащий 73 отдельного саперного батальона 1 немецкой танковой армии, обер‑ефрейтор Лауэр Иоган Пауль; бывший начальник канцелярии Бородянской межрайонной ортскомендатуры Киевской области, обер‑ефрейтор Шадель Август; бывший зам. командира отделения полицейского батальона «Остланд», вахмистр полиции Драхенфельс‑Кальювери Борис Борис Эрнст‑Олег.

Дело рассматривается в открытом судебном заседании Военного Трибунала в составе: председательствующего полковника юстиции т. Сытенко и членов Трибунала полковника юстиции т. Жлобина и подполковника юстиции т. Индыченко, с участием военного прокурора генерал‑майора юстиции т. Чепцова и защитников по назначению от суда; адвокатов тт. Казначеева, Белова, Ветвинского, Луговского, Бонкина, Никифоренко, Попова‑Юдикова, Жилова и Железовского.



На заседании было оглашено обвинительное заключение, в котором говорится, что в соответствии с планами и указаниями преступного гитлеровского правительства и верховного командования германской армии на оккупированной территории Украинской ССР проводилось массовое ограбление населения и обречение его на голод и вымирание, разрушение городов и сел, насильственный угон в Германию на каторгу миллионов советских людей, ликвидация национальной культуры.

Украинская ССР , – говорится далее и обвинительном заключении, – с первых дней Отечественной войны испытала на себе весь ужас немецко‑фашистской оккупации .

Материалы Чрезвычайной Государственной Комиссии СССР по установлению и расследованию злодеяний немецко‑фашистских захватчиков свидетельствуют о том, что немцы в период оккупация Украины убили и замучили свыше 4 000 000 советских граждан, в числе которых были старики, женщины, дети и военнопленные; угнали в рабство на каторгу в Германию свыше двух миллионов советских граждан, из коих значительное количество погибло в неволе от голода, истязаний и непосильного труда.

Немецко‑фашистские захватчики разрушали промышленные предприятия, а оборудование их вывезли в Германию. В Донбассе разрушили 140 шахт, вывели из строя мощную энергосистему Днепра, Донбасса, Харькова и Киева. Уничтожили заводы «Азовсталь» в Мариуполе, имени Кирова – в Макеевке, Днепровские алюминиевый, магниевый и электродный заводы Рубежанский химкомбинат, Краматорский, Ворошиловградский и Харьковский машиностроительные заводы, Харьковские тракторный, электро‑механический и велосипедный заводы и тысячи других предприятий различных областей промышленности и транспорта; систематически ограбляли села, отбирая у крестьян все продовольствие, обрекая их на голод. За невыполнение непосильных поборов и поставок советских людей расстреливали, заключали в концентрационные лагери и сжигали дотла целые села.

В колхозах Украины и у местного населения немцы насильственным путем изъяли 12 млн. тонн сельскохозяйственных продуктов, в том числе – 9,5 млн. тонн зерна и муки, 2,8 млн. голов лошадей, 7,3 млн. голов крупного рогатого скота, 5,9 млн. овец, 9 млн. свиней и свыше 36 млн. голов разной птицы.

За время оккупации Украины немцы разрушили и сожгли 647 тыс. жилых зданий, взорвали, сожгли и разрушили десятки тысяч культурных учреждений – университеты, институты, музеи, школы, театры, клубы и исторические памятники культуры, разграбили и разрушили значительное количество монастырей, церквей и синагог .

В обвинительном заключении приводятся конкретные преступления, в которых изобличены материалами следствия привлеченные по настоящему делу в качество обвиняемых: Шеер, Буркхардт, фон Чаммер унд Остен, Хейниш, Валлизер, Трукенброд, Геллерфорт, Кноль, Беккенгоф, Изенман, Иогшат, Майер, Лауэр, Шадель, Драхенфельс‑Кальювери.

После оглашения обвинительного заключения председательствующий – полковник юстиции тов. Т.Л. Сытенко приступает к персональному опросу подсудимых – признают ли они себя виновными.

Подсудимые Драхенфельс‑Кальювери, Шадель, Беккенгоф, Валлизер, Майер, Лауэр, Иогшат, Геллерфорт, Изенман, Хейниш, Шеер признают себя виновными в предъявленных им обвинениях. Подсудимые Кноль и Буркхардт признают себя виновными частично. Подсудимый Трукенброд виновным себя не признает. Подсудимый Чаммер унд Остен признает себя виновным по одному пункту обвинения.

На этом вечернее заседание Военного Трибунала заканчивается.

 

Утреннее заседание 18 января.

На заседании начался допрос подсудимых. Первым допрашивается оберштурмбанфюрер СС Хейниш .

Это одна из наиболее зловещих фигур на этом процессе. В бытность свою гебитскомиссаром Мелитопольского округа он снискал себе известность, как кровавый палач украинского народа. По его приказу в Мелитопольском округе было арестовано 1 200 советских граждан, которые затем были расстреляны. В октябре 1942 года по его приказанию были расстреляны 3 000 детей. Хейниш насильственно угонял тысячи советских граждан на каторгу в Германию, а тех, кто сопротивлялся, беспощадно расстреливал.

Хейниш издал приказ о закрытии всех школ в Мелитопольском районе и ввел трудовую повинность для детей школьного возраста. Непосильными поборами он обрекал советских людей на голод и вымирание. По его же приказу немецкие солдаты и полиция во время отступления произвели массовые разрушения в промышленности и сельском хозяйстве Мелитопольщины, сожгли ряд окрестных сел, в том числе Константиновку и Вознесенку.

Допрос подсудимого Хейниша начинает прокурор генерал‑майор юстиции А.А. Чепцов. Рядом вопросов он устанавливает подробности преступной деятельности подсудимого до назначения его гебитскомиссаром Мелитопольского округа.

Прокурор: Когда вы вступили в партию национал‑социалистов?

Хейниш: В 1923 году.

Отвечая далее на вопросы прокурора, Хейниш показывает, что он был руководителем отрядов СА, а с 1935 года занимал пост заместителя начальника штаба министерства Гесса.

Во время войны с Советским Союзом Хейниша вызвали в главное управление национал‑социалистской партии и предложили выехать в город Мелитополь на должность гебитскомиссара.

Прокурор: Почему выбор пал именно на вас?

Хейниш: Потому, что я был старым членом национал‑социалистской партии, очень активным, и вообще фанатично относился к идеям Гитлера. На Украину отправляли наиболее опытных членов национал‑социалистской партии.

Выясняя подробности преступной деятельности подсудимого в городе Мелитополе, прокурор предлагает Хейнишу рассказать о совещании, которое имело место в Мелитополе под председательством генерального комиссара Крыма генерала Фрауэнфельда.

Прокурор: Расскажите подробно, какие вы указания получали от Фрауэнфельда.

Хейниш: Во‑первых, Фрауэнфельд заверил нас официально, что после окончания войны Украина будет полностью включена в состав Германии. Он поставил перед нами задачу изъять как можно больше продуктов и промтоваров для германской армии. Во‑вторых, отправить из Украины как можно больше рабочей силы в Германию. Фрауэнфельд предупредил, что мы не должны считаться ни с чем для достижения этой цели, не останавливаться перед массовыми расстрелами и уничтожением городов и сел.

Такие же «директивы» подсудимый получил и на совещании, которое имело место в городе Ровно у рейхсминистра Коха. Когда Хейниш возвратился после совещания в Мелитополь, он начал активно проводить в жизнь «установки» Коха.

В моей практике , – говорит подсудимый Хейниш, – было немало случаев, когда я предавал суду крестьян за невыполнение непосильных поставок – все они были осуждены на смерть .

Прокурор: Сколько человек было арестовано вами за невыполнение ваших приказов?

Хейниш: Около 4 000.

Прокурор: Какова их судьба?

Хейниш: Большинство из них – расстреляно, а остальные отправлены на каторгу в Германию.

Прокурор : Вы утверждали приговоры местного суда?

Хейниш: Да.

Далее суд устанавливает какими методами действовал подсудимый Хейниш в вопросах «вербовки» рабочей силы в Германию. Полиция и жандармерия по приказу Хейниша оцепляли целый ряд улиц и районов в городах, районных центрах, селах. Все жители выгонялись из домов и арестовывались. Трудоспособное население под охраной полиции отправлялось в специально организованный Хейнишем лагерь в селе Константиновка, близ Мелитополя. Там формировались эшелоны, и люди в запломбированных вагонах под конвоем отправлялись в Германию.

Суд переходит рассмотрению следующего пункта обвинения, предъявленного подсудимому Хейнишу, – расстрел 3 тысяч детей в городе Мелитополе. Эти дети, якобы родившиеся от смешанных браков, были собраны полицией и жандармерией, а затем вывезены к противотанковому рву за городом и расстреляны.

Хейниш пытается увильнуть от ответственности за это злодеяние, и ссылается при этом на начальника СД Шмидта. Однако прокурор рядом вопросов устанавливает полную ответственность подсудимого за уничтожение советских детей. Хейниш знал о готовящейся расправе и одобрил ее.

Прокурор: Скажите, сколько за время вашей работы гебитскомиссаром было угнано населения на каторгу в Германию?

Хейниш: В течении одного года моего пребывания в Мелитополе было угнано 7 000 человек.

Далее прокурор выясняет подробности ареста в Мелитопольском округе 1 200 советских граждан в ночь под рождество 1942 года. Подсудимый Хейниш сперва пытается доказать, что он не причастен к этим арестам. В ходе судебного следствия выясняется, что Хейниш знал и раньше о готовящемся аресте.

Под тяжестью неопровержимых улик Хейниш вынужден признаться, что он просил доставить в Мелитополь газовую машину, так как расстрелы населения вызывают «большой шум». Только приход Красной Армии помешал этому обербандиту осуществить свои злодейские планы.

В заключение допроса Хейниш признает себя виновным в том, что он был организатором и исполнителем массового истребления советских людей, угона их в рабство и массового ограбления населения Мелитопльского района.

Прокурор: Что вам было обещано Гитлером и руководством фашистской партии в случае победы Германии?

Хейниш: Было ясно сказано, что после того, когда германской армии удастся захватить Украину, там расселится немецкое население. Особый почет будет оказан тем, кто принимал участие в походе на Советский Союз. Мне было предложено, чтобы я подыскал в Мелитопольском районе большое поместье, которое навсегда останется моим.

Председательствующий: Вы говорили, что Украина должна быть присоединена к Германии. Что предполагалось сделать с украинским народом?

Хейниш: Имелось намерение часть населения полностью уничтожить, а стальную часть переселить в северные районы Советского Союза.

В процессе допроса Хейниш рассказывает о своей встрече с начальником лагеря Освенцим. Этот концентрационный лагерь был организован исключительно для уничтожения населения оккупированных областей. В Освенциме находились люди различных национальностей – поляки, чехи, русские, украинцы, евреи. Для массового уничтожения пленных были организованны газовые бараки, к которым железнодорожными составы подвозили людей. Всем выгруженным заключенным объявляли, что в первую очередь они должны пройти дезинфекцию. Привезенных людей раздевали и заводили в бараки. Там открывались газовые краны, и людей удушали газом. Трупы сжигались в крематориях.

На утреннем заседании был начат допрос подсудимого Иогшата , который был командиром полевой жандармерии и действовал на временно оккупированной территории УССР с марта 1942 по июнь 1944 года.

 

Вечернее заседание 18 января.

На заседании продолжился допрос подсудимого Иогшата.

Рядом вопросов председательствующий полковник юстиции Ситенко выясняет подробности преступлений, совершенных подсудимым в г. Артемовске. Разъезжая на автомашине, Иогшат расстреливал толпы беззащитных людей. Он сам признает, что расстрелял от 10 до 15 групп лично. Среди них были старики, женщины и дети.

На вопрос адвоката Никифоренко, как вы расцениваете свои действия, подсудимый отвечает, что считает их преступными.

Затем суд переходит к допросу подсудимого Буркхардта , генерал‑лейтенанта германской армии, который с марта 1943 года являлся комендантом тыла 6‑й немецкой армии, действовавшей на территории Сталинской и Днепропетровской областей. Под видом борьбы с партизанами и «подозрительными» по приказанию Буркхардта ежедневно арестовывалось огромное число советских граждан, которые затем расстреливались. Большинство арестованных до расстрела подвергались пыткам.

В марте–сентябре 1943 года подсудимый Буркхардт дал директиву угнать все население Сталинской и Днепропетровской областей в тыл, в результате чего десятки тысяч советских людей были обречены на голод и вымирание. Не выполнявшие приказ об эвакуации расстреливались на месте. В организованных Буркхрдтом в зоне тыла 6‑й немецкой армии лагерях для военнопленных был введен режим, рассчитанный на массовое истребление людей.

В бытность комендантом тыла Буркхардт организовал демонтаж многих предприятий Сталинской области. Демонтированное оборудование было вывезено в Германию. Люди, мешавшие выполнению этого мероприятия, уничтожались.

Этот матерый бандит на суде пытается прикинуться невинным ягненком. Он всеми силами старается доказать, что выполнял лишь приказы гитлеровского командования. Однако, отвечая на прямые вопросы прокурора, подсудимый вынужден признать, что приказом Гитлера, изданным после поражения немцев под Сталинградом, он, Буркхардт, был облечен правами абсолютного диктатора и, следовательно, несет ответственность за все преступления, совершенные на территории его комендатуры.

Подсудимый Буркхардт создавал специальные «охотничьи команды» якобы для борьбы с партизанами. Каждая такая команда представляла собой группу из 10 вооруженных жандармов, имевших в своем распоряжении автомашину. Под видом борьбы с партизанами уничтожалось мирное советское население, выражавшее непокорность немецким оккупационным властям. Преступная деятельность подсудимого полностью изобличается материалами Государственной Чрезвычайной Комиссии и материалами судебного следствия.

Далее суд подробно выясняет вопрос о положении советских военнопленных в лагерях, организованных подсудимым Буркхардтом. Смертность в них была исключительно высокой.

Прокурор: Скажите, сколько на территории, которой вы ведали, было лагерей военнопленных?

Буркхардт: Всего было 6 лагерей. Из них 2 лагеря стационарных и 4 пересыльных.

Однажды в такой лагерь прибыл для «инспектирования» подсудимый Буркхардт. Он обратил внимание на две свежевыкопанные ямы на территории лагеря. Когда он спросил коменданта, что это за ямы, тот ответил: здесь похоронены 300 военнопленных, они погибли от истощения. В лагерях свирепствовали инфекционные болезни, но медицинский персонал не предпринимал ни каких мер для борьбы с ними.

Под непосредственным руководством Буркхардта производилось насильственное изъятие у населения продуктов и вещей, «так‑как , – заявляет подсудимый, – германская армия должна быть обеспечена всем необходимым ». Немало вещей советских граждан попало на квартиру самого Буркхардта.

Подсудимый вынужден признать, что он культивировал закон грабежа и насилия над советскими людьми.

Еще до наступления Красной Армии Буркхардт организовал демонтаж многих промышленных предприятий для вывоза их в Германию.

Судом устанавливаются далее подробности сожжения немцами сел Вознесенка и Костантиновка, близ Мелитополя. Подсудимый Буркхардт упорно отрицал на суде свое участие в этом злодеянии. Однако его уличает подсудимый Хейниш, который подымается с места и заявляет, что эти села были сожжены по прямому приказу Буркхардта.

Когда прокурор задает вопрос, в чем себя признает виновным подсудимый, Буркхардт.отвечает, что несет ответственность за уничтожение 200, а затем 500 мирных граждан, за расстрелы невинных людей, за содействие отправке в рабство в Германию 25 000 девушек, за насильственную отправку в Германию 3 000 специалистов горного дела, за демонтаж оборудования и взрыв предприятий, а также за угон скота и ограбление населения.

Допросом Буркхардта вечернее заседание закончилось.

 

Утреннее заседание 19 января.

На заседании продолжался допрос подсудимого Буркхардта. Адвокат тов. Белов уточняет биографические данные подсудимого, этапы его службы в германской армии.

Адвокат Белов: Вчера на вопрос прокурора вы сформулировали пункты, по которым признали себя виновным. По каким мотивам вы совершали эти преступления?

Буркхардт сначала уклоняется от прямого ответа на поставленный вопрос, но затем вынужден признать, что совершал преступления, как представитель гитлеровского командования, назначенный на пост коменданта тыла. За свою.службу в немецкой армии он неоднократно отмечался высшими наградами и повышался в чинах.

На вопрос председательствующего подсудимому Буркхардту, подтверждает ли он свое показание на предварительном следствии: «Сколько расстреляно и повешено советских людей в Донбассе, я сказать затрудняюсь, так как учета не вел, однако я считал, что чем больше будет уничтожено советских граждан, тем легче будет нам, немцам, проводить свою колониальную политику », – подсудимый отвечает утвердительно.

Военный Трибунал переходит к уточнению обстоятельств гибели 75 000 невинных советских граждан, уничтоженных на территории шахты 4‑бис.

Подсудимый Буркхардт пытается свалить с себя ответственность за это кошмарное злодеяние, ссылаясь на то, что массовое уничтожение советских людей было организованно органами СД. Однако, в процессе судебного следствия Военный Трибунал устанавливает, что Буркхардт знал об этом расстреле, который был произведен в зоне действия тыла его армии, и несет за него полную ответственность, точно также как и за сожжение сел Константиновка и Вознесенки.

Далее суд приступает к допросу подсудимого Валлизера , члена так называемой национал‑социалистской партии с 1935 года, бывшего капитана германской армии, который состоял в должности ортскоменданта (местный комендант) в с. Бородянка, Киевской области. Валлизер не только руководил массовыми расстрелами советского населения Бородянки и окружающих сел, но и лично принимал в этих злодеяниях самое активное участие.

 

 

 

Прокурор напоминает подсудимому, что в Бородянке вскрыто 9 массовых могил, в которых обнаружено около 2 000 трупов.

Подсудимый Валлизер признает, что это дело его рук, что он сам организовал этот расстрел при помощи своих подчиненных, а также жандармерии и полиции.

Прокурор: Кому подчинялась жандармерия и полиция?

Подсудимый: Полиция и жандармерия имели двойное подчинение: непосредственно подчинялись мне как ортскоменданту, а также руководителю полиции генералу Шееру, находившемуся в Киеве.

В ходе судебного следствия выясняется, что подсудимый Валлизер принимал и личное участие в пытках и расстрелах мирных граждан.

С глубоким возмущением слушают присутствующие в зале суда откровенные, циничные признания подсудимого Валлизера о расстреле старого учителя местечка Бородянка – Креминского. Этот 60‑летний старик «провинился» перед Веллизером только в том, что пришел в комендатуру узнать о судьбе своего сына, арестованного немецкими палачами.

Прокурор оглашает акт медицинской экспертизы, в котором говорится, что на трупе старого учителя обнаружены следы пыток, грудь обожжена, сорваны ногти на руках, череп пробит, на руках рваные раны.

Подсудимый Валлизер признает себя также виновным в сожжении заживо 40 советских граждан, среди которых были женщины, старики и дети.

На суде устанавливается также второй случай сожжения заживо людей – в селе Мирча.

Подсудимый Вализер возглавлял несколько карательных экспедиций. Одной из них была экспедиция в с. Кодра. Под предлогом борьбы с партизанами село сожгли дотла. Уцелевшие жители спрятались в лесу. По приказанию Валлизера 370 человек, задержанных в лесу близ с. Кодра, были расстреляны, 70 человек были до расстрела подвергнуты страшным пыткам. Подобные кровавые расправы совершались в с. Расках, где было расстреляно 600 советских граждан, и в других селах.

Когда прокурор задает подсудимому вопрос, чем он объясняет такую неслыханную жестокость, – Валлизер отвечает, что как национал‑социалист он «должен был уничтожать советское население для обеспечения немцам более широкого жизненного пространства».

Все больше и больше вскрывается фактов чудовищных расправ Вализера над мирным населением. 3 000 человек угнаны им из Бородянки на каторгу в Германию, по его приказу были взорваны вокзал, зернохранилище и другие здания.

Суд переходит к допросу обвиняемого Беккенгорфа , бывшего сельхозкоменданта Бородянского района, Киевской области. Под давлением улик Беккенгоф вынужден признать, что он отобрал у населения 5 000 тонн хлеба, 10 000 тонн картофеля, 3 000 коров, большое количество продовольствия, а также уничтожил множество сельскохозяйственных машин.

Беккенгоф лично совершал зверские расправы над населением. Приехав с жандармами в одно село, он арестовал трех человек, в том числе старика 65 лет, затем завез их в лес и там расстрелял.

Факты, установленные на предварительном следствии, свидетельские показания, акты Государственной Чрезвычайной Комиссии заставляют Беккенгофа признать себя виновным в тягчайших преступлениях: в расстрелах ни в чем не повинных людей, в угоне из Бородянки 3 000 советских граждан, в избиении советских людей, уничтожении сельскохозяйственых машин, разрушении зданий и грабежах.

На этом утреннее заседание суда закончилось.

 

Вечернее заседание 19 января.

Заседание началось допросом подсудимого Шаделя , оберфельдфебеля германской армии, служившего с января по ноябрь 1943 года начальником канцелярии Бородянской ортскомендатуры. Вместе с подсудимым Валлизером он участвовал во всех мероприятиях, направленных против жителей Бородянского района.

Валлизер ценил своего усердного помощника, возил за собой при перемещениях по службе. Вместе они орудовали в Могилеве, Любачеве, Полтаве, Умани и, наконец, в Бородянке.

Подсудимым Шаделем были предприняты карательные экспедиции, во время которых сожжены до основания села Кодра и Раски.

Прокурор: Что обещало вам ваше командование в случае победы?

Шадель: Каждому из нас было обещано поместье на Украине.

В ходе допроса Шадель вынужден признать себя виновным в предъявленных ему обвинениях.

Суд переходит к допросу одного из главных подсудимых по данному процессу Шеера , генерал‑лейтенанта немецкой полиции, состоявшего с 15 октября 1941 года по март 1943 года начальником охранной полиции и жандармерии на территории Киевской и Полтавской областей.

По его приказам уничтожались тысячи советских граждан, угонялось в рабство большое количество населения, по его приказам производились массовые облавы в населенных пунктах, люди угонялись в специальные лагери, где подвергались пыткам, а затем отправлялись в Германию. Руководимые Шеером жандармы и полицейские разоряли города и села, грабили имущество колхозов и колхозников, а 3 ноября 1941 года взорвали Успенский собор Киево‑Печерской лавры. На всем протяжении допроса, подсудимый Шеер, старается возложить свою вину а других лиц. Но это ему не удается – конкретные факты говорят о том, что именно он создавал опорные пункты полиции и жандармерии под видом борьбы с партизанами, угонял рабочих на германскую каторгу, насильственно изымал продукты у населения, руководил массовыми расстрелами советских граждан.

Прокурор: В мае 1942 года вы участвовали в аресте мирных граждан?

Шеер: Да.

Прокурор: Сколько человек было арестовано?

Шеер: Несколько тысяч.

Прокурор: Какова их судьба?

Шеер: Большинство из них расстреляно.

В ходе судебного следствия выясняется, что подсудимый Шеер знал также о расстреле 75 000 советских граждан в Бабьем яру г. Киева и о расстреле 25 тысяч мирных жителей в гор. Ровно.

Выясняется, что во время пребывания Шеера в Киеве произошел, по его же словам, существенный перелом в деятельности карательных органов. Полиция и жандармерия начали применять более репрессивные меры к мирному населению на Украине, не считаясь со средствами и формами репрессий. На введение более жестких мер натолкнуло Шеера совещание, происходившее на главной квартире Гиммлера, недалеко от Житомра. На этом совещании Гиммлер заявил, что Украина должна быть полностью заселена немцами.

Прокурор: Как Гиммлер поставил вопрос о судьбе украинского населения?

Шеер: Он говорил, что здесь, на Украине, нужно расчистить место для немцев. Украинское население должно быть истреблено.

Прокурор: Вы проводили карательные экспедиции, сожжение сел, уничтожение населения этих сел?

Шеер: Да. Летом 1942 года в районе устья реки Десны была произведена карательная операция. Там было уничтожено 3 села. Жители этих сел были расстреляны.

Такие же карательные экспедиции были организованы летом 1942 года в районе Коростеня. В районе южной границы реки Припять Шеер произвел карательную операцию и лично на самолете корректировал движение полицейских. Близ одного села на Житомирщине был убит пилот личного самолета Гиммлера. За это село было сожжено, а население истреблено. Шеер лично выезжал контролировать исполнение этого злодеяния.

На этом вечернее заседание суда закончилось.

 

Утреннее заседание 20 января.

На заседании продолжался допрос подсудимого Шеера. Он рассказывает о карательных экспедициях, направленных якобы против партизан, об истреблении мирного населения, насильственном изъятии продуктов и вещей. Подробно останавливаясь на совещании в Киеве, которое проводили Розенберг и Кох, подсудимый указывает, что получил «установку» увеличить отправку в Германию рабочей силы и продовольствия. После совещания Шеер принял «твердые меры» для осуществления полученных установок.

Прокурор: Сколько было угнано в Германию мирных жителей Киева?

Шеер: Как мне стало известно, около 142 000 человек.

Прокурор: Люди шли добровольно или приходилось применять к ним меры репрессий?

Шеер: Никто не шел добровольно. Мы устраивали облавы на улицах, в кино, на базарах.

Прокурор: Это значит, что вами был создан такой режим, что человек ежедневно мог быть схвачен и отправлен на каторгу?

Шеер: Да это верно.

На суде во всей полноте раскрылась ужасная картина взрыва Киево‑Печерской лавры. За несколько дней до взрыва немцы выселили всех жителей окрестных улиц для того, чтобы скрыть следы этого гнуснейшего преступления. Немцы предварительно заминировали Успенский собор и другие корпуса, ожидая удобного момента для взрыва. В ноябре 1941 года Киево‑Печерскую лавру посетил предатель словакского народа Тиссо. Это послужило подходящим моментом для провокации. После того, как Тиссо 3 ноября 1941 года вышел из лавры, она была взорвана. Впоследствии взрыв немцы приписывали советским патриотам, которые якобы покушались на Тиссо. Но даже такой матерый бандит, как подсудимый Шеер, должен был признать в суде, что это дело рук немецко‑фашистских захватчиков.

Жуткие условия были созданы в концентрационных лагерях. Сырецкий лагерь, охраняемый жандармерией и полицией, превратился в «лагерь смерти». Ежедневно там умирали от голода, лишений и издевательств сотни людей. Такое же положение было и в других лагерях.

В ходе судебного следствия выясняется, что Шеер был организатором истребления советских людей.

Подсудимый Шеер признал также, что массовое истребление мирного населения, отправка людей на каторгу в Германию, ограбление населения, издевательства являются грубым нарушением требований Женевской и Гаагской конвенций о законах ведения войны.

Следующим допрашивается подсудимый Кноль , лейтенант немецкой армии, служивший командиром полевой жандармерии 44‑й пехотной дивизии и комендантом лагеря военнопленных. В селе Андреевка, Балаклеевского района, Харьковской области, Кноль и его подчиненные систематически расстреливали военнопленных и гражданских лиц, создавая для находящихся в лагере людей невыносимые условия, приводившие к неизбежной гибели.

Военный Трибунал приступает к допросу подсудимого Изенмана , участника бесчисленных массовых расстрелов советских граждан на территории Украины во время ее оккупации. В начале войны подсудимый добровольно вступил в СС‑овские войска, которые были призваны душить, уничтожать и грабить мирное население, порабощенное немцами.

Рядом вопросов прокурор уточняет личное участие подсудимого Изенмана в расстрелах советских граждан в городах Львове, Бердичеве, Тараша.

Прокурор: Расскажите подробно, как производились расстрелы?

Изенман: Расстрелы производились следующим образом: примерно 45–50 человек подводились к ямам. Они стояли лицом к нам, и та мы их расстреливали из пулеметов, автоматов и карабинов.

Прокурор: Сколько вы лично расстреляли в это время?

Изенман: Во Львове около 120 человек.

Выясняется также, что подсудимый участвовал в расстрелах мирных граждан в Бердичеве, Тараша и других местах.

Допросом подсудимого Изенмана утреннее заседание заканчивается.

Следующие заседание суда – 22 января.

 

Утреннее заседание 22 января.

Первым на заседании допрашивается подсудимый Драхенфельс‑Кальювери , сотрудник полиции. В составе полицейского батальона «Остланд» в ноябре 1941 года этот фашистский головорез прибыл на временно оккупированную территорию УССР. Профессиональный убийца, окончивший специальную полицейскую школу, он по прибытии в г. Ровно Участвовал в расстреле 25 000 мирных граждан, в Житомирской области – в сожжении ряда сел, грабежах и экзекуциях.

Военный трибунал устанавливает факт личного участия подсудимого в ровенской трагедии, когда за два дня гитлеровские изверги уничтожили более 25 000 советских граждан.

Многотысячную толпу, в которой было много женщин, стариков и детей, немцы погнали к оврагу в 9 километрах восточнее г. Ровно. Перед расстрелом пьяные гитлеровские бандиты срывали с обреченных одежду, заставляли ложиться на дно оврага и убивали выстрелами в затылок. Детей вырывали из рук матерей и уничтожали зверским образом.

После расстрела в г. Ровно Драхенфельс‑Кальювери сопровождал эшелон с украинским населением, угоняемым насильно на каторгу в Германию. Людей погрузили, как скот, в товарные вагоны по 50 человек в каждый. В этих вагонах не было даже соломы. Люди в пути не получали пищи.

Прокурор: Какие вы получили указания в отношении этих людей?

Подсудимый: Обращаться с ними только посредством ударов, а сопротивляющихся расстреливать.

Прокурор: И вы расстреливали?

Подсудимый: Так точно.

По возвращении на Украину подсудимый был отправлен в г. Овруч, где он под видом борьбы с партизанами истреблял мирных жителей окрестных сел. При его непосредственном участии были сожжены села Славечное и Антоновичи. Жители этих сел, в том числе старики, женщины и дети, были истреблены. На суде устанавливается виновность подсудимого также и в других злодеяниях, совершенных в разные периоды на территории Украины.

Военный Трибунал приступает к допросу подсудимого Майера, члена фашистской организации «Юнгфольк», военнослужащего германской армии. В июне–июле 1942 года во главе так называемого «Боевого отряда» он принимал участие в массовых расстрелах, поджогах и грабежах в районе г. Сарны, Ровенской области.

Подсудимый Майер вместе со своим отрядом участвовал в расстреле 14 000 граждан г. Сарны.

Прокурор: Сколько вы лично расстреляли человек?

Подсудимый: В первый день я расстрелял 80 человек, а во второй день – 140 человек.

Выясняется еще одна подробность чудовищного злодеяния в городе Сарны. Свыше тысячи человек – женщин, стариков и детей, узнав о расправе, пытались укрыться в бараках, недалеко от лагеря. Фашистские бандиты оцепили эти бараки и сожгли их вместе с людьми.

Следующим допрашивается подсудимый Лауэр – служащий ортскомендатуры, побывавший в разных городах временно оккупированной Украины. После нашествия Лауэра и его банды на окраинах городов, во рвах и карьерах оставались сотни трупов расстрелянных и замученных людей. Только за один день вблизи Львова в песчаном карьере его бандой было расстреляно 300 человек, в том числе женщины, старики и дети.

Прокурор: Вы лично расстреливали?

Лауэр: Да.

Прокурор: Какие еще преступления вы совершали во Львове?

Лауэр: Мы взорвали тюрьму вместе с людьми.

Кровавыми злодеяниями отмечено пребывание палача Лауэра в Тернополе, Виннице, Полтаве, Сталино, Мариуполе.

На утреннем заседании был допрошен также подсудимый Геллерфорт , состоявший в должности начальника СД (служба безопасности) Днепродзержинского района, Днепропетровской области. Он прошел выучку в полицейской школе, добровольно вступил в полицию. Прибыв в Днепропетровск в июне 1942 года, Геллерфорт беседовал с начальником полиции безопасности Гусманом.

Прокурор: Какие он дал вам установки и указания?

Геллерфорт: Беспощадно уничтожать население.

В Днепропетровске Геллерфорт получил назначение в г. Днепродзержинск уполномоченным СД.

Прокурор предъявляет подсудимому документы, показания свидетелей, в которых изобличается преступная деятельность Геллерфорта.

Прокурор: Скажите конкретно, сколько вы арестовали, избили и отправили на смерть людей?

Геллерфорт: Около 300 человек.

Председательствующий предъявляет обвиняемому через переводчика ряд документов, говорящих о фактах злодеяний Геллерфорта. Подсудимый вынужден признать себя виновным.

Допросом подсудимого Геллерфорта закончилось утреннее заседание суда.

 

Вечернее заседание 22 января.

Заседание Военного Трибунала было посвящено допросу бывшего начальника СД службы безопасности Днепродзержинского района немецкого подполковника Трукенброд и свидетелей по его делу.

 

Утреннее заседание 23 января.

Все заседание суда было посвящено показаниям свидетелей.

Свидетельнице Т. Дураковой прокурор задает вопрос: Что вам известно о зверствах обвиняемого Геллерфорта в г. Днепродзержинске? Вы знаете его?

Дуракова: Знаю, он арестовал меня.

Тамара Дуракова рассказывает что Геллерфорт, арестовавший ее долго допрашивал ее в кабинете. Однажды вечером, часов в 9 ее снова вызвали на допрос. Геллерфорт сразу сказал: «Вы сегодня расскажете все». На все вопросы она отвечала «нет», «не знаю». Тогда он приказал позвать двух агентов, – в кабинете стоял диван , – продолжает рассказ Дуракова, – меня насильно заволокли на него. Один из агентов держал меня за руки, другой за ноги, а Геллерфорт сек меня плетью со свинцом. Я потеряла сознание. Это проделывали и с другими заключенными .

В начале августа нас отправили в лагерь на Игрен, а оттуда в лагерь Магтхаузен (Австрия). Потом всех женщин отправили в Освенцим, а мужчин оставили на месте. В Освенцим нас привезли поздно ночью.

Нас ввели в холодное помещение с выбитыми стеклами. Там нас раздели догола, остригли и провели через зал под холодный душ. Мы стояли мокрые и раздетые в течение 5 часов. Наконец нам выдали полосатые длинные платья, завшивленное белье, на ноги – деревянные колодки, на головы – тряпки. Отовсюду сыпались удары.

Потом нас привели в длинный барак, выстроили по 5 человек. Эсэсовки расположились рядом и приказали по 3 человека подходить к каждой. Когда я подошла, мне, как и другим, на левой руке вытатуировали номер .

Прокурор: Какой был ваш номер?

Дуракова: 65163.

Тамара Дуракова отворачивает рукав, и все с содроганием смотрят на ее номер.

Подсудимого Геллерфорта опознает, также свидетель Павел Огурцов. Этот свидетель также перенес «допросы» Геллерфорта. Огурцова подвешивали, били нагайками и шомполами. Об издевательствах гитлеровцев над мирными жителями рассказала и подруга Тамары Дураковой – Ванда Воловская.

Допросом Воловской закончилось утреннее заседание суда.

 

Вечернее заседание 23 января.

На заседании продолжался допрос свидетелей.

О жуткой трагедии, разыгравшейся в селе Кодра, Макаровского района, рассказывает Военному Трибуналу свидетель Куровский,

21 апреля 1943 года , – говорит свидетель, – на рассвете в село Кодра прибыл карательный отряд. Вначале вошли бронемашины, затем появилась пехота. Немцы окружили село, согнали все население в район школы и кладбища. В это время каратели начали жечь жилые здания. В течение трех часов Село Кодра было в огне .

Прокурор: Сколько домов было сожжено в селе?

Свидетель: Шестьсот сорок домов, два стекольных завода, школа, амбулатория и клуб.

Свидетель Э.Б. Баумвальд рассказал суду о массовых зверствах немцев во Львове.

 

Утреннее заседание 24 января.

На заседании продолжался допрос свидетелей. Свидетель по делу подсудимого Лауэра, техник‑строитель М.И. Соколов рассказал суду об огромнейших разрушениях, произведенных гитлеровцами в Виннице. Немцы с первого дня хозяйничания в городе планомерно разрушали квартал за кварталом.

Особенно свирепствовали фашистские поджигатели и убийцы перед отступлением из города. Они разрушили самый лучший район Винницы – Садки, улицы Льва Толстого, Розы Люксенбург. Они уничтожили огромное здание медицинского института, дом облпотребсоюза, все гостиницы, телеграф, кинотеатры. За время пребывания в Виннице немцы расстреляли, повесили и замучили более 30 000 мирных жителей.

Председательствующий: Подсудимый Лауэр, сколько человек было при вашем участии расстреляно в Виннице?

Лауэр: Примерно 400 человек.

Следующим дает показания свидетель по делу подсудимого Иогшата, учитель из г. Артемовска В.П. Замковой‑Батрак.

3 января 1943 года , – показывает свидетель, – жители Артемовска были потрясены жуткой картиной: на здании городского театра было повешено 10 ни в чем не повинных граждан. Трупы повешенных были изуродованы, на лицах виднелись следы побоев .

Прокурор: Что вам еще известно о зверствах немецких оккупантов в г. Артемовске?

Свидетель: 22 месяца немецкой оккупации Артемовска были сплошным кошмаром. Мы были свидетелями уничтожения 3 000 мирных граждан. Среди них были русские, украинцы, евреи. Этих людей немцы погнали к алебастровым карьерам, где имелись подземные тоннели: часть людей была расстреляна, а часть замурована в тоннелях.

Прокурор: Они были живыми замурованы?

Свидетель: Да, живыми.

Далее Замковой‑Батрак рассказывает о насильственном угоне граждан г. Артемовска на каторгу в Германию.

В заключение своих показаний свидетель от имени граждан г. Артемовска обращается к Военному Трибуналу с просьбой приобщить к делу страницу областной газеты «Радянська Донеччина», где изобличаются подлые дела немецких оккупантов в Донбассе.

Суд удовлетворяет ходатайство свидетеля.

Свидетели Н.Н. Яковец и Г.И. Перельштейн рассказывают суду о зверской расправе немцев в г. Сарны, где было уничтожено свыше 14 000 мирных граждан.

Следующим дает показания суду свидетель – профессор Киевского университета им. Т.Г. Шевченко В.М. Артоболевский, подробно рассказывающий суду о том, как немецкие громилы сожгли одно из старейших учебных и научно‑исследовательских учреждений страны – Кевский университет, разрушили исторические памятники. Во время пожара погибла и личная библиотека профессора, состоявшая из 3,5 тысяч экземпляров редчайших книг, все научные труды и рукописи, над которыми он работал многие годы.

В конце утреннего заседания дал показания свидетель В.М. Тверской, служащий музейного городка на территории Киево‑Печерской лавры.

Прокурор: Скажите, свидетель, какие ценности оставались в лавре?

Свидетель: В лавре, главную ценность которой составлял Успенский собор, построенный в XI веке, имелось множество ценностей. В первый же день вступления в Киев они отобрали у нас, служащих, ключи от здания. На второй день лавру стали посещать немецкие офицеры и солдаты, которые варварским образом стали уничтожать и расхищать ценности. С октября 1941 года немцы начали систематический вывоз ценностей из лавры. Они вывезли лаврские ризницы, реликвии русских князей, московских царей – все вплоть до мебели. Когда лавра была разграблена до конца, немцы взорвали Успенский собор.

Допросом свидетеля Тверского закончилось утреннее заседание.

 

Вечернее заседание 24 января.

На заседании продолжался допрос свидетелей. Свидетельница Белокриницкая рассказывает о черных днях немецкой оккупации в Киеве. 29 сентября 1941 года, – один из памятных дней для киевлян. В этот день собрали на Лукьяновку еврейское население города, которое затем было расстреляно в Бабьем Яру. Немцы ходили по квартирам расстрелянных и грабили.

Об уничтожении душевнобольных в Киевской психиатрической больнице им. академика Павлова рассказал бывший главврач этой больницы свидетель Танцюра.

В зал суда входит старая работница Киевского кабельного завода Д.Л. Руденко. Свидетельница рассказала суду о чудовищных преступлениях гитлеровцев. Она была арестована немцами 28 сентября 1941 года. Ее привели на допрос на ул. Мельника, д. №48. Перед домом играл оркестр, а внутри дома проходили допросы, истязания, в саду – расстрелы. После допроса, который сопровождался побоями, Руденко была сведена жандармами на первый этаж. Ее взору, через окно, предстало страшное зрелище: к огромной яме подводили людей и в затылок их расстреливали.

Когда стемнело , – продолжает показания Руденко, – мне велели раздеться. Выстрелили мне в затылок, я упала в яму и почувствовала, что ранена в плечо. Меня засыпали землей. Через некоторое время я разгребла землю, и, убедившись, что немцев уже нет, выбралась из могилы. С большим трудом я дошла к своим знакомым и таким образом спаслась .

Свидетельница Д.М. Проничева дает показания о расстреле гитлеровцами мирных жителей в Бабьем Яру:

28 сентября 1941 года немцы издали приказ, в котором говорилось, что все евреи города Киева должны явиться 29 сентября к 8 часам утра на Дегтяревскую улицу, взяв с собой ценности и теплые вещи. 29‑го утром я, как и все, вместе с отцом, матерью и сестрой пошла к месту назначения, решив, что нас будут вывозить из Киева. Таким образом мы дошли до ворот еврейского кладбища. У ворот уже были заграждения. Туда проходили все свободно, но обратно уже никто не возвращался .

Прокурор: Много было женщин, детей, стариков?

Проничева: Были и старики, и женщины с грудными детьми. Когда мы пошли под небольшой уклон, увидели цепи немцев. Толпа ничего не знала до тех пор, пока не дошла до того места, где приказали всем раздеться. У каждого полицейского была дубинка, и проходящему устраивали палочный бой. Если кто падал или спотыкался, на несчастного спускались собаки, которые рвали, кусали, давили. Я видела людей, которые за несколько минут становились седыми. На кладбище начался расстрел…

Дальше Проничева рассказывает, как она еще до расстрела бросилась в яму и упала на трупы, как, не поверив, что она уже мертвая, один из немцев ткнул ее сапогом, другой встал ногами на грудь, раскровянил ей руку, но она молчала. Много мучений вынесла Проничева, пока ей удалось убежать и спрятаться в Дарнице. Ее снова ловили, сажали, мучили. Невозможно в кратких словах передать те ужасы и страдания, которые пережила эта мужественная женщина.

Не менее страшным был рассказ свидетеля С. Берлянда. Будучи раненым, он попал в плен. В числе нескольких сот других военнопленных его заковали в кандалы и заставили в августе 1943 года сжигать трупы расстрелянных в Бабьем Яру – немцы перед отступлением хотели замести следы своих гнусных злодеяний. Сожжение трупов продолжалось в течение двух месяцев. Берлянда и его товарищей ожидал расстрел, однако ночью перед расстрелом им удалось бежать.

Свидетельница Ткаченко, проживавшая в поселке Сыреп, около Бабьего Яра, подтверждает показания Проничевой и Берлянда. Она также видела расстрелы мирных жителей.

О трагедии, разыгравшейся в гг. Василькове, рассказал свидетель И.С. Самарай. На территории Заготзерна были расстреляны тысячи советских граждан.

Допросом свидетеля Самарай закончилось вечернее заседание суда.

 

Вечернее заседание 25 января.

На заседании давал свидетельские показания профессор Чатугин.

Будучи членом Чрезвычайной областной комиссии, профессор Чаругин присутствовал при извлечении трупов из шахты 4‑бис. С огромными трудностями были подняты на поверхность 113 трупов, так как немцы при отступлении взорвали шахту и затопили ее. Исследовав трупы, врачебная экспертиза установила, что жертвы предварительно подвергались пыткам; многих бросали в шахту живыми, связывая по 3–4 человека веревками. Комиссия установила, что в шахту 4‑бис было сброшено 75 тысяч человек. Кроме того, было расстреляно 20 тысяч военнопленных, похороненных затем в общих могилах.

Все эти чудовищные злодеяния были совершены по прямому приказанию Буркхардта.

Отвечая на вопрос прокурора, подсудимый Буркхардт вынужден признать, что он несет ответственность за все эти преступления.

Суд переходит к допросу подсудимого Чаммер унд Остен, генерал‑майора немецкой армии, бывшего командира 213 охранной дивизии.

По указанию подсудимого Чаммер унд Остен в ноябре–декабре 1941 года в городе Ново‑Московске, Днепропетровской области, были произведены массовые расстрелы советских граждан.

В Знаменке, Кременчуге, Краснограде – всюду, где появлялись подчиненные Чаммера, рекой лилась кровь невинных людей.

В марте 1942 года, будучи главным, комендантом полевой комендатуры №392 в Западной Белоруссии, Чаммер под предлогом борьбы с партизанским движением, отдал приказ о массовом истреблении белоруссов. В городе Лида, местечках Щукино, Воронов, Новоселье, Ивье и многих других населенных пунктах гитлеровцами были расстреляны, повешены, сожжены или замучены по приказам Чаммера тысячи мирных советских граждан.

Махровый фашистский бандит всячески пытается уйти от неопровержимых фактов и документов, изобличающих его.

Логика фактов неумолима, и Чаммер вынужден в конце концов признать себя виновным в том, что уничтожал советских граждан, угонял жителей городов и сел на каторгу в Германию, грабил у населения продовольствие.

 

Вечернее заседание 26 января.

На заседании продолжался допрос свидетелей по делу о преступлениях, совершенных подсудимым Чаммером унд Остен в Кременчуге.

В 1941 году, захватив Кременчуг, гитлеровцы организовали в городе лагерь военнопленных, который, по общему признанию, заслужил названия «лагеря смерти».

Свидетельница – врач В.П. Богданова, испытавшая на себе все ужасы лагерной жизни, показывает, что в этом лагере от голода, пыток и болезней погибали тысячи советских военнопленных.

Прокурор: Кому был подчинен лагерь?

Свидетель: Насколько мне известно, он был подчинен 213‑й охранной дивизии, которой командовал генерал Чаммер унд Остен.

Суд заслушал также показания свидетеля П.И. Гриценко, рабочего насосной станции г. Кременчуг, – очевидца массовых расстрелов гражданского населения.

После допроса свидетеля Гриценко Военный Трибунал объявляет судебное следствие законченным.

 

Утреннее заседание 27 января.

На заседании начались прения сторон. Председательствующий полковник юстиции Т.Л. Сытенко предоставляет слово государственному обвинителю – заместителю главного прокурора Красной Армии генерал‑майору тов. А.А. Чепцову.

 

Речь государственного обвинителя.

Свою речь государственный обвинитель начинает с характеристики грабительских планов фашистской Германии, подготовившей и развязавшей войну против демократии, цивилизации и культуры, вероломно напавшей на Советский Союз.

Украинская ССР испытала на себе весь ужас фашистского нашествия. Гитлеровцы убили и замучили на Украине свыше 4 миллионов советских граждан, в том числе стариков, женщин и детей. Они угнали на каторгу в Германию свыше 2 миллионов человек, значительная часть которых погибла в неволе от голода, истязаний и непосильного труда. Немецкие захватчики разрушили промышленность Украины и вывезли ее оборудование в Германию. В колхозах и у колхозников они забрали 12 миллионов тонн сельскохозяйственных продуктов, огромное количество скота и иного добра.

Прокурор отмечает в своей речи, что настоящий процесс тесным образом связан с Нюрнбергским процессом. На материалах настоящего дела можно наглядно проследить, как практически осуществлялись на оккупированной территории человеконенавистнические планы гитлеровской клики. На территории Киевской и Полтавской областей эти планы осуществлял подсудимый Шеер, в Донбассе – подсудимый Буркхардт, в Первомайске – Трукенброд, в Мелитополе – Хейниш, в Новомосковске, Кременчуге, Знаменке – подсудимый Чаммер унд Остен, в других городах – подсудимые Валлизер, Геллерфорт, Кноль, Беккенгоф, Изенман, Иогшат, Майер, Лауэр, Шадель, Драхенфельс‑Кальювери.

195 000 жертв кровавого фашистского террора покоятся в Бабьем Яру Киева, в многочисленных могилах Дарницы и Сырца. Столица Украины, многострадальный Киев, не забудет трагедии Бабьего Яра, о которой свидетельствовали суду свидетельница Проничева, работница кабельного завода Руденко и многие другие.

Государственный обвинитель подробно анализирует вину каждого подсудимого, останавливаясь на фактах истребления мирных советских граждан и военнопленных, на разрушениях городов и сел, уничтожении культурно‑исторических ценностей.

За все эти преступления несут ответственность подсудимые Шеер, Буркхардт, Чаммер унд Остен, Хейниш, Валлизер, Трукенброд, Геллерфорт, Кноль, Беккенгоф, Изенман, Иогшат, Майер, Лауэр, Шадель, Драхенфельс‑Кальювери, которые являлись организаторами и прямыми исполнителями злодейской программы гитлеровской клики.

– Чтобы не оскорблять память тех, кто погиб в борьбе с фашизмом, – говорит в заключение прокурор, – чтобы оградить свободолюбивые народы мира от коричневой чумы, во имя счастья всего человечества и его грядущих поколений, я, представитель государственного обвинения, от имени миллионов замученных жертв, от имени всего советского народа требую подвергнуть всех подсудимых на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля 1943 года единственной заслуженной ими каре – сметной казни через повешение.

 

* * *

 

После речи государственного обвинителя слово предоставляется адвокату С.К. Казначееву, защищающему по назначению суда подсудимого Шеера. Указывая, что его подзащитный является лишь исполнителем указаний гитлеровского командования, адвокат просит суд не применять к его подзащитному смертной казни.

Речью адвоката С.К. Казначеева закончилось утреннее заседание суда.

 

Заседание 28 января.

В ночь на 29 января председательствующий полковник юстиции Т.Л. Сытенко огласил приговор по делу о злодеяниях немецко‑фашистских захватчиков на территории Украинской ССР.

 

 

 

Военный трибунал признал доказанной виновность подсудимых Шеера, Буркхардта, Чаммера унд Остена, Хейниша, Валлизера, Трукенброда, Геллерфорта, Кноль, Беккенгофа, Изенмана, Иогшата, Майера, Лауэра, Шаделя и Драхенфельса‑Кальювери в совершении массовых расстрелов, зверств и насилий над мирными советскими гражданами и военнопленными, разрушений городов и сел, ограблении населения и угоне в рабство, т.е. в преступлениях предусмотренных в ст. 1 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля 1943 года.

Руководствуясь ст. 2 Уголовного кодекса УССР и ст.ст. 296 и 297 Уголовно‑процессуального кодекса УССР и учитывая степень виновности каждого, военный Трибунал приговорил: Шеера, Буркхардта, Чаммера унд Остена, Хейниша, Валлизера, Трукенброда, Геллерфорта, Кноль, Беккенгофа, Изенмана, Иогшата, Майера – к смертной казни через повешение; Лауэра – к 20 годам каторжных работ; Шаделя и Драхенфельса‑Кальювери – к 15 годам каторжных работ каждого.

Приговор был встречен присутствующими в зале суда трудящимися города Киева с единодушным одобрением.

 

КИЕВ, 29 января.

Сегодня в 17 часов в г. Киеве на Крещатике был приведен в исполнение приговор Военного Трибунала Киевского военного округа над приговоренными к смертной казни через повешение немецко‑фашистскими злодеями – Шеером, Буркхардтом, Чаммер унд Остеном, Трукенбрдом, Хейнишем, Валлизером, Геллерфортом, Беккенгофом, Кнолем, Изенманом, Майером, Иогшатом – за зверское истребление мирных советских граждан и военнопленных, за разрушение городов и сел, угон в рабство населения Советской Украины.

 

 

 

Многочисленные трудящиеся, присутствовавшие на Крещатике, встретили приведение приговора в исполнение всеобщим одобрением.

17–29 января 1946 г .

 

 





sdamzavas.net - 2020 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...